статьи
  Статьи :: Статьи в журнале Русский Дом
  
  Чеченский мятеж должен быть окончательно подавлен
11.07.2001


После силового подавления вооруженных формирований боевиков наступила стадия замешательства, связанная с невозможностью прежними методами продвигаться к налаживанию мирной жизни.

Чеченский мятеж должен быть окончательно подавлен



После силового подавления вооруженных формирований боевиков наступила стадия замешательства, связанная с невозможностью прежними методами продвигаться к налаживанию мирной жизни в Чечне. В значительной степени повторяются ошибки периода 1995-1996 года, когда видимая военная победа так и не привела к установлению мира и обеспечению лояльности со стороны большинства населения. Расчет на замещение высшего административного поста бывшим главарем банды и автором “газавата” в отношении России, которому боевики якобы должны были сдаваться пачками, оказался вредным заблуждением. Расчет на гуманитарное миротворчество – тем более.


Уже в течение года (и даже более) повторяется тупиковая тактика блокпостов и опорных пунктов, которые обороняют сами себя и служат объектом провокаций со стороны мелких групп боевиков. Повторяется бесперспективная политика назначения на административные посты чеченских “авторитетов”, не способных внушить чеченцам стремление к мирному труду. Повторяется издевательство над армией, которую унижают обнаглевшие до предела правозащитники, чиновники, журналисты-провокаторы и организаторы судилища над полковником Будановым. Экономическое восстановление Чечни по-прежнему ведется без учета реальной ситуации, что лишь порождает коррупцию и казнокрадство. Война позволяет списывать любые материальные затраты, оправдывать любую некомпетентность власти.


Для последовательного продвижения к установлению мира и порядка в Чечне и возвращения ее жителей к производительному труду, требуется определиться с “диагнозом” того, что происходило и происходит в Чечне с 1991 года. До сих пор неверно поставленный диагноз вел к неверной стратегии, которая могла быть успешной лишь эпизодически.


Здравые аналитики давно говорят о том, что в Чечне произошел (и до сих пор окончательно не подавлен) антигосударственный мятеж с целью отторжения от страны части ее территории. Поставив такой диагноз, мы должны вспомнить, что мятеж есть особая форма уголовного преступления, которая отличается от бандитизма вовлечением в преступную деятельность больших масс населения и требует от правоохранительных органов и государства в целом особого отношения, чрезвычайных мероприятий. При этом действует презумпция виновности на всей территории, охваченной мятежом. Это означает, что любое лицо, не находящееся на службе в государственных органах, занятых подавлением мятежа, находится под подозрением.


Сегодня мятеж перешел в латентную форму - физически уничтожены только регулярные формирования мятежников. Поэтому формирование гражданских органов управления с участием бывших мятежников готовит новый всплеск агрессии и поддерживает неприемлемые для лояльного населения условия существования. Кроме того, торопливая попытка использовать местные кадры не учитывает их вовлеченность не только в скрытые антироссийские формирования, но и в стратегические планы по добиванию нашей страны. Их готовы использовать и криминальный мир, и мировая закулиса, и те, кто стреляет в спину русским солдатам.


Подавления мятежа требует жестких репрессивных мероприятий, а не гуманитарных акций :


1. Ограничение мобильности населения, втянутого в мятеж: запрет на передвижение на личном автотранспорте, на движение группами, на свободный въезд и выезд с территории республики, введение комендантского часа на всех неспокойных территориях, а в особых случаях - полного запрета на перемещение вне населенных пунктов.


2. Установление полного контроля за распределением продовольствия: закрытие рынков и любых форм частной торговли. Распределение продовольствия и гуманитарной помощи только через административные структуры и только для оседлого населения, учтенного в каждом населенном пункте. Прекращение какой-либо помощи, каких бы то ни было восстановительных работ в тех населенных пунктах, вблизи которых бандиты проявляют активность. Основная помощь должна направляться государствам тем, кто бежал из Чечни в 1992-1999 годах.


3. Снятие моратория на смертную казнь. В условиях мятежа этот мораторий есть прямое поощрение к убийству госслужащих и лояльных граждан. Осуждение главаря банды и душегуба Темирбулатова к лишению свободы – прямое оскорбление памяти его жертв и фактическое объявление об амнистии подобным изуверам. Подобные приговоры ведут лишь к неправовому возмездию, исходя из принципа “пленных не брать”, что влечет за собой разложение моральных устоев среди военных и гражданского населения.


4. Запрет на какие-либо формы общественной активности (мятеж может быть изжит только максимальным угнетением всякой социальности, которая в данном случае носит губительный для страны характер). В особенности это касается любых форм этнической консолидации (советов старейшин, съездов чеченского народа и т.п.). Население должно быть приучено к тому, что каждый человек в отдельности получает гражданские права только после того, как лично и в течение достаточно продолжительного времени подтвердит способность выполнять свои гражданские обязанности. Лишь тогда (на заключительных стадиях подавления мятежа) можно допустить гражданские форумы, по-прежнему лишенные всякой этничности (что должно внушить представление о равноправии русских и чеченцев на данной территории, как и во всей России).


Память о якобы имевших место неоправданных жестокостях при сталинской высылке чеченцев вынуждают власть и общество отказываться от этого способа подавления мятежа. Между тем высылка - наиболее эффективный способ принуждения к миру, совершенно справедливый как во времена Кавказской войны (когда генерал Евдокимов стирал с лица земли мятежные аулы, а “мирных черкесов” выселял в Турцию), так и в условиях массового перехода чеченцев на сторону фашистов в Великой Отечественной войне. Сегодня есть лишь одно препятствие тотальному выселению мятежников: нежелание граждан России принимать у себя эту публику, как бы мирно она ни выглядела. Следовательно следует применять метод внутренней высылки, когда из неспокойных селений отдельные семьи переселяются в другие неспокойные территории. Распыление разорвет соседские, клановые, родовые, вирдовые и тейповые связи, вынуждающие чеченцев “по-родственному” помогать боевикам.


В качестве дополнительных мер можно предусмотреть:


1. Объявление полной амнистии для тех, кто выдаст вождей мятежа, объявленных в розыск (список обнародуется).


2. Формирование властных структур только из лиц, не причастных к мятежу (к любой из соперничавших группировок) и не бывших на территории Чечни после 1992 года (то есть, не подозреваемых в содействии или сочувствии мятежникам).


3. Принуждение к оседлости и труду: введение обязательных общественных работ для всех безработных за пайковое обеспечение.


Окончательное решение проблемы Чечни может состояться только в связи с ликвидацией Чеченской Республики как субъекта РФ. Только таким образом можно предотвратить использование статуса субъекта и системы государственной власти в целях антигосударственной деятельности как отдельными кланами, так и чеченской этнической элитой в целом. Уже сегодня законодательным путем можно было бы переименовать Чечню в Терский край, чтобы показать, что эта территория есть достояние всех российских граждан, а не только чеченского народа, исторически занимавшего лишь малую часть нынешней республики.


Решение этой задачи возможно путем постепенного создания внутренних границ, делящих Чечню на “оккупационные зоны”, подконтрольные соседним территориям. Общее управление должно носить подчеркнуто жесткий и временный характер, для чего удобнее всего объединить функции административного и военного управления. В дальнейшем пост главы администрации Чечни (который должен занять командующий армейской группировкой) должен быть просто ликвидирован.


Необходимо заранее решиться никогда более не проводить на территории Чечни никаких общечеченских выборов. Обратное будет означать новый виток этнической консолидации, подрывающей гражданское самосознание и права русского населения, изгнанного из Чечни. Чеченский народ не вправе решать вопросы о судьбе этой части территории России. (Отдельные народы вообще не могут быть субъектом права; народы – не юридические лица). Также и с моральной точки зрения мятежникам не могут предоставляться особые права в сравнении с остальными гражданами. Напротив, права мятежников должны быть всячески ущемлены.


Энергичные и жесткие меры подавления мятежа диктуются нынешним политикам как правовыми, так и моральными соображениями. Высшим проявлением правового нигилизма и безнравственности было бы перекладывание подавления мятежа на будущие поколения, и без того обделенные и униженные нынешним поколением, позволившим разрушить единую и могучую российскую державу.


Русский дом №7, 2001



  Комментарии читателей



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100