статьи
  Статьи :: Статьи в журнале Русский Дом
  
  Горцы глазами русских классиков
11.12.2001


Русская литературная классика должна была бы дать политическим деятелям России, военным, журналистам и всему российскому обществу бесценную информацию о том, с каким противником мы встречаемся на Кавказе.

Горцы глазами русских классиков


Русская литературная классика должна была бы дать политическим деятелям России, военным, журналистам и всему российскому обществу бесценную информацию о том, с каким противником мы встречаемся на Кавказе. Будь это внимание к литературе проявлено, мы смогли бы избежать позорных страниц чеченской войны и сумели бы усмирить Чечню меньшей кровью.


Вот как Пушкин описывает горского разбойника и его жизненные ценности в своем романтическом “Кавказском пленнике”:



Черкес оружием обвешен;


Он им гордится, им утешен;


На нем броня, пищаль, колчан,


Кубанский лук, кинжал, аркан


И шашка, вечная подруга


Его трудов, его досуга. (…)


Его богатство — конь ретивый,


Питомец горских табунов,


Товарищ верный, терпеливый.


В пещере иль в траве глухой


Коварный хищник с ним таится


И вдруг, внезапною стрелой,


Завидя путника, стремится;


В одно мгновенье верный бой


Решит удар его могучий,


И странника в ущелья гор


Уже влечет аркан летучий.


Стремится конь во весь опору


Исполнен огненной отваги;


Все путь ему: болото, бор,


Кусты, утесы и овраги;


Кровавый след за ним бежит,


В пустыне топот раздается;


Седой поток пред ним шумит —


Он в глубь кипящую несется;


И путник, брошенный ко дну,


Глотает мутную волну,


Изнемогая, смерти просит


И зрит ее перед собой...


Но мощный конь его стрелой


На берег пенистый выносит.


Здесь в несколько строк уместилась вся психология горского разбойника: он нападает из засады, не вступая в честный бог. Он мучает пленника, который уже беззащитен. Но вот другая ситуация, и другое отношение к случайному путнику



Когда же с мирною семьей


Черкес в отеческом жилище


Сидит ненастною порой,


И тлеют угли в пепелище;


И, спрянув с верного коня,


В горах пустынных запоздалый,


К нему войдет пришлец усталый


И робко сядет у огня, —


Тогда хозяин благосклонный


С приветом, ласково, встает


И гостю в чаше благовонной


Чихирь отрадный подает.


Под влажной буркой, в сакле дымной,


Вкушает путник мирный сон,


И утром оставляет он


Ночлега кров гостеприимный.


Между разбойным нападением и семейным радушием для горца нет никакого противоречия. Поэтому русскому так трудно отличить “мирного” горца от “немирного”. Обманувшись дружелюбием у семейного очага, русский начинает судить о горцах, как о в общем-то миролюбивом и добром народе. И может даже устыдиться своей избыточной воинственности. До тех пор, пока не столкнется с разбойником на горной тропе или не отсидит в заложниках.


Здесь же Пушкин описывает как невинная забава-игра превращается у горцев в кровавое побоище:



Но скучен мир однообразный


Сердцам, рожденным для войны,


И часто игры воли праздной


Игрой жестокой смущены.


Нередко шашки грозно блещут


В безумной резвости пиров,


И в прах летят главы рабов,


И в радости младенцы плещут.


Последние строки говорят об убийствах беззащитных пленников на глазах у подрастающего поколения будущих разбойников. Из опыта чеченской войны мы знаем об участии в издевательствах над русскими пленными, которые поручались подросткам.


В своем “Путешествии в Арзрум”, в более зрелом возрасте Пушкин, пишет о горцах уже без особого романтизма: “Черкесы нас ненавидят. Мы вытеснили их из привольных пастбищ; аулы их разорены, целые племена уничтожены. Они час от часу далее углубляются в горы и оттуда направляют свои набеги. Дружба мирных черкесов ненадежна: они всегда готовы помочь буйным своим единоплеменникам. Дух дикого их рыцарства заметно упал. Они редко нападают в равном числе на казаков, никогда на пехоту и бегут, завидя пушку. Зато никогда не пропустят случая напасть на слабый отряд или на беззащитного. Здешняя сторона полна молвой о их злодействах. Почти нет никакого способа их усмирить, пока их не обезоружат, как обезоружили крымских татар, что чрезвычайно трудно исполнить, по причине господствующих между ими наследственных распрей и мщения крови. Кинжал и шашка суть члены их тела, и младенец начинает владеть ими прежде, нежели лепетать. У них убийство — простое телодвижение. Пленников они сохраняют в надежде на выкуп, но обходятся с ними с ужасным бесчеловечием, заставляют работать сверх сил, кормят сырым тестом, бьют, когда вздумается, и приставляют к ним для стражи своих мальчишек, которые за одно слово вправе их изрубить своими детскими шашками. Недавно поймали мирного черкеса, выстрелившего в солдата. Он оправдывался тем, что ружье его слишком долго было заряжено”.


Нарисованная Пушкиным картина в точности соответствует тому, с чем столкнулась российская армия в Чечне. Русские жители Чечни также смогли убедиться, что горцы, лишенные уз российской государственности превращают убийство “в простое телодвижение”.


Пушкин задает вопрос: “Что делать с таковым народом?” И видит только два пути: геополитический - отсечение Кавказа от Турции, и культурный – приобщение к русскому быту и проповедание христианства: “Должно, однако ж, надеяться, что приобретение восточного края Черного моря, отрезав черкесов от торговли с Турцией, принудит их с нами сблизиться. Влияние роскоши может благоприятствовать их укрощению: самовар был бы важным нововведением. Есть средство более сильное, более нравственное, более сообразное с просвещением нашего века: проповедание Евангелия. Черкесы очень недавно приняли магометанскую веру. Они были увлечены деятельным фанатизмом апостолов Корана, между коими отличался Мансур, человек необыкновенный, долго возмущавший Кавказ противу русского владычества, наконец схваченный нами и умерший в Соловецком монастыре”.


Впрочем, последнее вызывает у Пушкина скептическую мысль: “Кавказ ожидает христианских миссионеров. Но легче для нашей лености в замену слова живого выливать мертвые буквы и посылать немые книги людям, не знающим грамоты”.


Пушкинские представления о горцах с большой точностью совпадают с описаниями Лермонтова. В “Герое нашего времени” в рассказе “Бэла” есть целый ряд зарисовок, показывающий кавказцев, их отношения между собой и русскими.


Один из первых эпизодов – осетины, подгоняющие быков, запряженных в повозку. Делают они это таким образом, чтобы полупустая повозка двигалась по видимости с большим трудом. На это Максим Максимыч говорит: “Ужасные бестии эти азиаты! Вы думаете, они помогают, что кричат? А черт их разберет, что они кричат? Быки-то их понимают; запрягите хоть двадцать, так коли они крикнут по-своему, быки все ни с места… Ужасные плуты! А что с них возьмешь?.. Любят деньги драть с проезжающих… Избаловали мошенников! Увидите, они еще с вас возьмут на водку”.


Здесь фиксируется две кавказские черты: готовность поживиться за счет приезжего, не знающего хитростей местного населения и расценок за те или иные услуги, а также использование непонимания русскими их языка.


Кстати о водке и вине. Максим Максимыч говорит, что не пьют татары, потому как мусульмане. Прочие горцы – вовсе не мусульмане или недавние мусульмане. А потому не только пьют, но и изготовляют свое вино – чихирь. Черкесы – “напьются до бузы на свадьбе или на похоронах, так и пошла рубка”. Не случайно разбойник Казбич, приглашенный на свадьбу, одевает под платье тонкую кольчугу. Гостей здесь могут порубить наряду со своими приятелями.


В другом месте повести говорится как Азамат (черкес, “татарин”?) за деньги, предложенные Печориным, на следующую же ночь утащил из отцовского стада лучшего козла. Мы видим сребролюбие в сочетании с воровской лихостью и бесшабашностью.


Надо сказать, что радушие и гостеприимство на Кавказе носят совершенно иной характер, чем в России. “У азиатов, знаете, обычай всех встречных и поперечных приглашать на свадьбу”. Это радушие не есть следствие особой благожелательности. Это скорее стремление приподнять себя в собственных глазах, а также похвастаться перед родственниками и кунаками многочисленностью застолья.


Следующая оценка Максима Максимыча, более десяти лет служившего в Чечне такова: “Вот, батюшка, недоели нам эти головорезы; нынче, слава Богу, смирнее; а бывало, на сто шагов отойдешь за вал, уж где-нибудь косматый дьявол сидит и караулит: чуть зазевался, того и гляди – либо аркан на шее, либо пуля в затылке”.


Убийство и похищение людей на Кавказе было, таким образом, проявлением какой-то особой удали, составляющей часть национального характера – своеобразный “спорт”, вроде охоты.


Казбич убивает отца Бэлы и Азамата, зарезав его, как барана. И даже не подумал проверить его причастность к похищению так любимого им коня. Так мстят “по ихнему”.


Вообще здесь не любят разбирать обиды и судить кто прав, кто виноват. Когда Азамат вбегает в саклю и говорит, что Казбич хотел его зарезать, все тут же хватаются за ружья – начинается крик, стрельба… Что было на самом деле, никого не волнует.


Образ Казбича многое говорит о психологии горца: “Бешмет всегда изорванный, в заплатках, а оружие в серебре. А лошадь его славилась в целой Кабарде, - и точно, лучше этой лошади ничего выдумать невозможно”.


Не потому ли в советское время предметом гордости горца была дорогая шапка и кожаная куртка, а теперь – автомобиль? При чудовищной неустроенности, нечистоплотности во всем остальном.


В горских обычаях воровство и грабеж не считаются преступлениями. Напротив – частью удалой разбойной жизни. Максим Максимыч говорит: “эти черкесы известный воровской народ: что плохо лежит, не могут не стянуть; другое и не нужно, а все украдет…”.


Следует оговориться, что черкесами и “татарами” здесь называются все горцы, включая чеченцев, а “татарской стороной” – затеречные территории.


Собственно чеченцев русские времен Кавказской войны характеризуют очень нелицеприятно. Так, в очерке “Кавказец” Лермонтов словами русского офицера-ветерана говорит: “Хороший народ, только уж такие азиаты! Чеченцы, правда, дрянь, зато уж кабардинцы просто молодцы; ну есть и между шапсугами народ изрядный, только все с кабардинцами им не равняться, ни одеться так не сумеют, ни верхом проехать”.


В указанном очерке Лермонтов показывает, как русский офицер за годы долгой и тяжелой службы постепенно перенимает горские ухватки в одежде и манерах, начинает любить Кавказ как поле своего поприща – становится знатоком горских обычаев и психологии (что дает понимание врага) и даже изучает местный язык.


Такое же перевоплощение, но более глубокое, описывает Лев Толстой, говоря о казаках в одноименном романе:


“Живя между чеченцами, казаки перероднились с ними и усвоили себе обычаи, образ жизни и нравы горцев; но удержали и там во всей прежней чистоте русский язык и старую веру. (…) Еще до сих пор казацкие роды считаются родством с чеченскими, и любовь к свободе, праздности, грабежу и войне составляет главные черты их характера. (…) Щегольство в одежде состоит в подражании черкесу. Лучшее оружие добывается от горца, лучшие лошади покупаются или крадутся у них же. Молодец казак щеголяет знанием татарского языка и, разгулявшись, даже с своим братом говорит по-татарски. Несмотря на то, этот христианский народец, закинутый в уголок земли, окруженный полудикими магометанскими племенами и солдатами, считает себя на высокой степени развития и признает человеком одного казака; на все же остальное смотрит с презрением. Казак большую часть времени проводит на кордонах, в походах, на охоте или рыбной ловле. Он почти никогда не работает дома. Пребывание его в станице есть исключение из правила – праздник, и тогда он гуляет.”


Так, говоря о казаках, Толстой характеризует и горцев.


Толстой отчасти повторяет в знаменитом “Кавказском пленнике” пушкинский сюжет о любви русского пленного и горской девушки (в толстовском сюжете 13-летняя девочка помогает бежать из плена русскому офицеру), но от прямых оценочных характеристик воздерживается. Главное, что для нас здесь важно, – прежнее отношение горцев к пленным как к источнику наживы и жестокое обращение с ними. В этом пушкинские оценки повторяются полностью. (Кстати, кино-ремейк “Кавказского пленника”, переложивший литературный сюжет к современной войне, даже при замечательной игре актеров надо признать стопроцентной ложью.)


В рассказе “Набег” сюжет “Кавказского пленника” контрастирует с фрагментом, где русский офицер, захватив в бою чеченца, сам лечит его раны и после выздоровления отпускает с подарками. В чертах русского поручика без труда угадывается лермонтовский офицер-ветеран, “кавказец”.


В повести “Рубка леса” Толстой противопоставляет спокойную и непоказную храбрость русских солдат храбрости южных народов, которым непременно надо чем-то распалять себя. Русскому солдату “не нужны эффекты, речи, воинственные крики, песни и барабаны”, в нем “никогда не заметите хвастовства, ухарства, желания отуманиться, разгорячиться во время опасности: напротив, скромность, простота и способность видеть в опасности совсем другое, чем опасность”. По закону контраста противоположные черты Толстой видел у горцев.


О горском характере, зафиксированном Толстым, говорит повесть “Хаджи-Мурат”. Известный “полевой командир” имама Шамиля переходит на сторону русских и тепло встречен бывшими врагами. Хаджи-Мурату оставляют оружие, телохранителей и даже право совершать верховые прогулки по окрестностям. В одну из таких прогулок, Хаджи-Мурат меняет свои планы и совершает побег, убив четверых казаков. И потом вместе с телохранителями отстреливается от преследователей и погибает. Русским такая перемена в поведении и такая черная неблагодарность совершенно непонятны. И Толстой пытается реконструировать мотивы поступков Хаджи-Мурата. Вывод, который можно сделать из этой реконструкции, состоит в том, что бывший соратник Шамиля обеспокоен только судьбой своей семьи, оставшейся в горах, и совершенно не намерен принимать в расчет какие-либо интересы русских или как-то учитывать оказанный ему прием.


Вероятно именно эта особенность подвигла русских во время Кавказской войны брать в крепости из горских селений аманатов – особо уважаемых стариков или детей - в качестве гарантов мирного поведения их родственников. Безусловно, положение аманатов было значительно выгоднее положения захваченных горцами русских заложников, которых даже кормить считалось грехом.


Толстой неоднократно описывает поведение горцев в бою. Они никогда не идут на открытое столкновение, действуя исключительно из засад или обстреливая отходящего в походном строю противника. Мы видим, что со времен Пушкина и следа нет какого-то “горского рыцарства”.


Увы, избавление от романтического взгляда на горцев дорого стоило русским, воевавшим в Чечне. Так, и иным журналистам, в 1994-1995 году сочувственно писавшим о национально-освободительной войне чеченцев, понадобилось посидеть в чеченском зиндане, чтобы изменить свою точку зрения.


Проще все-таки было бы читать русскую литературу.


Русский дом №12, 2001



  Комментарии читателей
04.02.2012 18:35:18
СУКИ ПОСМОТРИТЕ КАК РУССКИМ ПАРНЯМ РЕЗАЛИ ГОЛОВЫ

17.02.2011 10:11:51
Вер

Надо же столько страниц исписывать. Видно, что автором движет ненависть к другим народам. Его пугают до ужаса пассионарные всплески, побуждающие другие народы к активности. Психология автора не подсказывает ничего лучшего. как только подавлять других, давить их под гусеницами танков и истирать в порошок ковровыми бомбардировками, не подозревая, что та же участь может ожидать и его народ, который он по сути неосознанно ненавидит, копая ему смертельную яму национализма и шовинизма.
Андрей Савельев: Русофобия глаза застит, правда? Небольшая журнальная статья, наполовину состоящая из стихотворных цитат - это "столько страниц"! Меня ничего не пугает. Я и мои друзья по пассинарности заткнут за пояс любого русофоба. И никакие народы меня не пугают. Мы русские, всем найдем достойное место. Как это не раз бывало в истории. Давить идиотв танками не надо. Чаще всего достаточно подзатыльника. Если будет нести бред, подобный этому "Веру" (Веронике мужского рода?), и не уймется, то в психушке места будут обеспечены.
15.02.2011 14:36:43
Asgard und Kav

Автор ваш анализ творчества Пушкина это неонационализм..

Если описывать русских солдат, то они есть прямое проявление империализма. они воюют лишь с помощью самолётов и бомб, а их командиры трусливо озираются вокруг не приближается ли откуда горец. и ваша психология заставляет вас обвинять другого в боязни вступить в открытый бой. какой же может быть честным открытый бой против танков с помощью которых вы только и умеете воевать?!

"Страна рабов, страна господ" - добавьте классика слова и вы поймёте кто вы есть.
Андрей Савельев: Вяких дураков и невежд видал и слыхал. Это хороший экземпляр для коллекции. В раздел "русофоб" - жирная такая, сочная нечисть.
05.12.2009 11:39:44
Сергей

Вначале - вопрос: а кто больше сделал в физике, химии и прочих науках - чеченцы - или павианы?
По-моему, вклад обеих сторон в науку одинаков. Нет?
Жду возражений - только аргументированных.
Андрей Савельев:

Не стоит так ставить вопрос. Не все чеченцы были или остаются врагами России. Очень немного, но все же есть и было чеченских патриотов России. Чеченский ОМОН сражался с Дудаевым, Беслан Гантамиров противостоял бандитскому клану Кадыровых. Увы, всех их предал Кремль. Он предал нас, предал их. Кремляне - враги всем нам. Просто чеченцы в массе своей считают русских своими врагами. А надо бы считать бандитов, которые под боком, которые поставлены ими править тем же Кремлем.

04.12.2009 09:11:22
Сергей

М-да... Шумер! А вот вам вопрос, ответьте, - только без эмоций, а конкретными фактами! - на простой вопрос: а вот, скажем, в химии - кто больше сделал - чечены или... павианы? А в физике? С людьми-то - ну, с датчанами, немцами, нами, русскими - их сравнивать, понятное дело, нельзя. Так что можно смело сказать: в математику чеченцы внесли не меньше, чем шимпанзе. Вот так вот, Шумер. Или - возразите мне?
Что до построенного... Да все это построили мы вам мы. И триста лет накзад, когда строили вам украденные вами на Кубани и в прочих близлежащих землях рабы, и в советское время, когда на вас пахала вся страна, пытаясь вас хоть как-то приблизить к цивилизации. Так что разрушать построенное нами же - имеем право! А Чечня - она ведь содержанка (т.е. вроде как просто шлюшка): сама прожить не может, живет за счет России. То есть - оттрахали мы вас во Вторую чеченскую, так и продолжаем трахать: без нас, без наших дотаций вы просто не выживите.
Резюмируя, скажу: Россия гордится Менделеевым и Скрябиным, и не только ими. А вот ичкерия может гордится лишь Басаевым, который так ловко отрезал головы беременным женщинам в Буденновске. Больше выдающихся людей у вас нет! Да и быть не может. Не ваше это дело - мыслить, созидательно трудиться... на вас, нохчей, я насмотрелся во Вторую чеченскую, - патологическую трусость чеченский "воин" компенсирует хитростью, подлостью, звериной жестокостью. Храбростью тут и не пахнет, - если, конечно, не десять нохчей на одного русского, желательно безоружного. А вот трусости увас - с избытком. Не думайте, - злобы к чеченам за то, что они меня тжело ранили, у меня вовсе нет: я еще до этого, если так можно выразится "заранее отомстил", - т.е. пролил куда больше чеченской крови, чем потом они - моей. Так что пишу я непредвзято!
А вам. чеченцам, я советую одно - попытаться наконец пожить по-человечески. Вдруг получится?!
03.12.2009 17:50:55
Сергей

Воевал во Вторую чеченскую войну. Награжден. Ранен. А вопрос - действительно объемный и сложный, коротко на него не ответишь. Но попробую.
Первое: когда мне начинают вещать о чеченцах (якобы в целом мирном и хорошем народе, таким, как и ВСЕ), я для начала прошу - только аргументированно! - ответить на такой вопрос: а кто больше сделал в развитии физики и химии, - чеченцы или... гамадрилы?..
То-то же! У нас - Менделеев и Скрябин, у нохчей - Басаев, режущий горло беременым женщинам в Буденовске. Воюя с кавказцами, могу уверенно выделить три основные черты их характера - коварство, трусость и звериная жестокость. И вероломство еще. А что до денег... Ичккерия ведь - как обыкновенная содержанка (т.е., извините, шлюшка), живущая за счет нас, русских, - разве не так? Это племя не способно к созидательному труду, - и века истории подтверждают мою правоту: даже пятьсот лет назад сакли горным туземцам строили рабы, которых они захватили в близлежащих землях. И потому делаю простой вывод: человечество НИЧЕГО не потеряло бы со смертью последнего чеченца. Какая от них польза?!
25.11.2009 18:32:10
Шумер

Савельев, есть только два пути:
1, Не нравится - оставьте чечню в покое. Если вы что-то построили - посчитаейте что вы уничтожили, а что построили.На разницу -предьявите счёт, если будет что предьявлять.Отнеститесь к нам, как инотранному государству(со всеми положениями)и если после этого вы увидите в россии чеченца - тут же в тюрьму за нарушение границы.Да хоть расстреляйте.
2, Если уж настаиваете на том, что чечня в составе россии - не надо говориь нам, что мы у вас в гостях. Мы у себя дома.И если где-то в москве существует чеченская банда(и в этом вам не нравится лишь то, что она придавила хвост русской и др. мафиям, и всё) - на этот случай у вас целая армия силовых структур. Ловите, сажайте, но не по нац. признаку, как это практикуется. И не надо жаловаться, что вам чеченцы мешают жить.
И ещё - чаще всего Вы говорите о следствиях, а о причинах умалчиваете.Если говорить о взаимоотношениях Чечни и россии нельзя смотреть на это сегодняшним днём.Смотрите на истоки истории взаимоотношений.И не надо на нас смотреть через призму мужика с бодуна.
Ну а Ваше требование отречся от своих "бандитов"(хотя они больше ваши, чем наши) - кем бы они не были и как бы мы к ним не относились никогда этого не будет, т.к. вы, в очередной раз, в их лице, хотите, чтобы мы приняли на себя несуществующую вину.В одной из общественно-аналитических программ на вопрос "кода закончится война в Чечне?", кто-то точно заметил:"Когда мы заберём своих агентов из Чечни - война и закончится!". Более точной оценки, происходящему в Чечне и не дать.
И ещё - а вам не приходило в голову, что основная часть вины лежит на россии, которая с самого начала была агрессором по отношению к чечне. И нам плевать на ваши геополитические интересы.
И немцы не отрекаются от своих - это делается в место них, чужими руками, которые должны были благодарить немцев. Ведь на их крови они обрели государство, которого никогда не было.У народа, в таких случаях не спрашивают.
На истории своей страны вы должны знать, что означает для народа, кода его страной управляют чуждые для народа "элементы".
Андрей Савельев:

1. Я не против, чтобы чеченцы жили там, где жили в начале 19 века. И даже пусть своим государством. Против Кремль.

2. В составе России мне лично нужна не Чечня, а равнинные территории - те, где чеченцы появились только когда бежали от геноцида собственных правителей (так называемые "мирные" или "равнинные" чеченцы). Так же мне не нужны всяческие Башкортостаны, Татарстаны и прочая - выдумки федерастов.

2а. На всякий случай: у нас банды перемешаны и перекуплены, а "силовые структуры" - их продолжение. Что в Чечне, что в Москве. Власть чужая, а потому ни ловить, ни сажать не собирается. Она лишь собирается получать долю. Ровно как в Чечне.

2б Данная статья отражает понимание русской литературной классики, а не "мужика с бодуна". Исторические аспекты мной рассмотрены в книге "Чеченский капкан", в последних разделах.

2г Мы своих бандитов героями не считаем. Увы, чеченцы своих бандитов таковыми по большей части считают. Кто им платил - другой разговор. Ельцин такой же наш, как и ваш. И Березовский тоже. Скорее оба ваши. На счет "агентов" - вранье. Агенты были - погоны раздавали тем, кто держал свои территории отдельно от Дудаева. Мало ли что там кто-то брякнул. Не агенты резали горло русским жителям Чечни в 1992-1994, да и позднее.

2д в Чечне нет геополитических интересов России - слишком мелкий "пятачок". Вина не на России, а на шушере, пробравшейся во власть. Хоть в Кремль, хоть в Грозный. Дудаев - любимец Ельцина, Ельцин - любимец Дудаева. Масхадова Ельцин в Кремле принимал, теперь Путин принимает Кадырова. Агрессором были уголовные банды, втянувшие в свои дела почти всех чеченцев, пособниками - высшее руководство РФ.

2е Про немцев мысли неясные. У народа никогда не спрашивают. Моей страной, Россией чужие элементы управляют сегодня. А Чечней управляли в советский период ингуши, в постсоветский (и до сих пор) - уголовники и живодеры.

05.02.2009 07:30:28
Салман

Добрый день Андрей.
Занятная статья...
Это все что вы можете сказать исходя из русской классической литературы?
И еще вопрос, вы же по видимости не глупый человек, вы что действительно думаете в произошедшем на Кавказе лежит вина на чеченцах?
Андрей Савельев:

Добрый день, Салман. Я могу сказать многое, но в данном случае сказал то, что хотел в рамках статьи. Когда формат предполагает больший объем, туда может войти достаточно обшиный материал. Статья написана десять лет назад. С тех пор мои мысли отошли от проблем Кавказа. Я убедился, что они с нынешней власть разрешены быть не могут. Самостоятельно народы Кавказа также не в состоянии решить своих проблем.

Произошедшее на Кавказе имеет множество причин. Что касается вины чеченского народа, то она очевидна, а роль чеченцев в современной истории постыдна. Это история не труда и творчества, а зверства. От понимания этого обстоятельства я не торжествую. Я знаю, что это конец народа. Он исчезает, у него утрачивается собственное лицо. Во-многом аналогичные процессы проходят и в русском народе. Эта проблема ощущается мной остро, поскольку я вижу угасание русской истории. Возможно, история Новейшего времени заканчивается, и мир погружается в хаос - подобный тому, что начался с крушением Античности.

08.12.2008 20:57:04
Данди Крокодил

много субъективности, очень много. весь это "неравнодушный к кавказцам" текст комментировать не хочется, труд и время требуется.
Например, горцы нападают из засады. Ну чушь же полная! Сколько битв и боев известно из русско-кавказской истории. А то что вы называете подлым нападением из засады так назовите подлыми всех партизан Великой Отечественной которые малым количествои противостояли большим силам немцам. Приходилось и засады делать и так далее.
Люди везде люди. И не надо разводить тут подобные дискуссии. Лично для меня так Вы не лучший представитель славян, поскольку знаю куда более достойных чем Вы с этой Вашей философией.
Андрей Савельев:

Вас я не знаю. Могу судить только по Вашему тексту. Что Вы умеете, так это хамить. И еще Вы не очень внимательны. Не удосужились прочесть название статьи. Два этих замечания делают Ваше мнение в моих глазах совершенно ничтожным.

 

25.07.2008 16:26:46
Владислав

Русские и чеченцы должны жить в мире,Шамиль прав.А заставлять просить прощения,считаю нельзя,а нужно не повторять ошибок прошлого.Или,что всем немцам,всю жизнь,на коленях стоять из-за Гитлера???
Андрей Савельев: Немцы от Гитлера отреклись и отрекаются уже больше полувека. Чеченцы от Дудаева и Масхадова, Басаева и Радуева не отреклись. Многие чеченцы этих изуверов считают героями. Как и Кадыровых - отца и сына. В этих условиях мир невозможен.
<<  <    1    2    >  >>  



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100