статьи
  Статьи :: Россия между бедностью и богатством
  
  ТРУД И КАПИТАЛ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
11.10.2003


Чтобы поддержать трудовой капитал в противовес олигархическому, избирателю придется быть очень внимательным.

ТРУД И КАПИТАЛ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ


Богатство и бедность


Конфликт между богатством и бедностью в современной России кажется почти неразрешимым. Сытый голодному не товарищ, завсегдатай казино и нищий учитель никогда не найдут общего языка – это верно. Но можно ли изменить саму ситуацию, минимизировать социальную конфликтность, создать ситуацию, когда голодный накормлен, бедному дан достаток, а богатый не попирает бедного? Отрицательный ответ на этот вопрос означал бы, что человечество живет только в условиях вражды и революций, не знает успокоения и такой модели общества, в которой можно быть бы обеспечить единство нации. Пример относительно стабильных обществ подсказывает, что противостояние богатства и бедности может быть преодолено и мы должны к этому стремиться.


Наша беда в том, что социальный конфликт в российском обществе в последние годы не изживается, а все больше углубляется. Наиболее влиятельные политические силы стремятся выступить либо на стороне богатства, полагая, что именно богатые люди будут вытягивать страну из нищеты, либо на стороне бедности, рассчитывая добраться до власти за счет голосов обездоленных масс. Обе стратегии являются тупиковыми, поскольку исходят из одного и того же взгляда на человека – будто вся жизнь людей представляет собой стремление к богатству или удержание богатства.


Отчасти столь уничижительное отношение к человеческой природе оправдано – русская и мировая литература полна образов бесстыдного богатства и подлой нищеты. Действительно, в богатстве порой разнуздываются самые бессовестные страсти, а бедность, жаждущая богатства как роскоши, столь же порочна, что и богатство, превращающее капитал в средство ублажение своих эгоистических потребностей.


В то же время такой пессимистический взгляд не человека явно несправедлив – общественные и экономические процессы двигаются не только жаждой наживы или негодяйством. В них существенную роль занимает творчество, самопожертвование, героизм.


Совершенно превратным является представление о том, что либерализм будто бы способствует обоснованию прав богатых на богатство, а коммунизм – обоснованию права бедных добиться справедливости. Обе доктрины замкнуты на выставление определенных претензий материального плана и не касаются духовной жизни человека. Один из русских философов писал, что и те, и другие относятся к человеку как к денежному мешку, только либералы предпочитают уважать полный мешок, а социалисты – пустой.


Человек – это не денежный мешок. Хотя денежный мешок у человека может быть. В зависимости от духовных свойств человека этот мешок может его обременять, а может быть инструментом служения обществу и нравственным традициям. Богатство может быть обузой душе, разлагая ее и наполняя ложными ценностями. Но богатство же может служить созданию и жизни материального (а иногда – и духовного) производства, а значит – служить труду.


Здравому отношению к богатству никак не чуждо приятие индивидуальных качеств личности. Также не чуждо и представление о равенстве. Только все это касается именно духовной, а не материальной сферы. Если понимать богатство только как набор материальных благ и возможностей, то справедливо будет евангельское утверждение, что богатому также сложно попасть в Царство Небесное, как верблюду пройти сквозь игольное ушко. Такое богатство идет только во вред личности. Но также вредно и понимание бедности исключительно как недостатка материальных благ. Тогда бедняк может мечтать только о том, чтобы ограбить богатого и занять его место, помыкая теми, кто такой захват осуществить не смог.


Чтобы социальный конфликт между богатством и бедностью был изжит, необходимо понять, что бедность – общая проблема, затрагивающая все слои общества, а позитивный смысл частного богатства возникает именно тогда, когда в нем заложено изживание бедности как таковой. Проще говоря, богатство оправдано только если оно становится источником увеличения хозяйственной мощи нации и способствует ее нравственному здоровью.


Судьба России во многом определяется тем, насколько нам удастся стимулировать именно такое богатство – ответственное перед нацией. Таковым может быть только производительный национальный капитал, консолидирующий и организующий труд в производственных процессах.


Источник богатства


Для того, чтобы богатство получило позитивный смысл, в современных условиях необходимо разливать два типа богатства, которые следует различать по способу его воспроизводства – богатство, возобновляемое на ренту и богатство, возобновляемое предпринимателем от трудового капитала. Одно дело, когда богатство паразитирует на денежном дефиците и несовершенстве финансовой системы, другое – когда оно организует производство, воспроизводя рабочую силу (включая рабочую силу самого предпринимателя) и производственные системы. Одно дело - стричь купоны, другое дело – создавать производство. Первое – форма паразитизма, второе – достойная уважения деятельность.


В современной России финансовый капитал освободился от своего подчиненного положения по отношению к производственному только в связи со специальной политической задачей, поставленной “великими комбинаторами” нашего времени – в связи с задачей обесценения национального промышленного достояния и скупки его за бесценок. Таким образом, финансовый капитал стал из обслуживающего доминирующим, а производственные предприятия, находящиеся под его контролем, – лишь юридическими лицами, прикрывающими механизмы образования рентного богатства.


Нельзя считать терпимой ситуацию, когда бухгалтер возвышается над организатором производства и инженером, когда производственный процесс создается и существует лишь с позволения калькулятора. Это, бесспорно, одна из самых неэффективных моделей хозяйства, в которой система обслуживания производства подавляет его и превращается в паразитический организм, медленно убивающий экономику. Следовательно, здесь нравственная и рассудочная оценка финансового капитала как главного источника богатства совпадают – мы не можем принимать как должное доминирование финансистов над производственниками. Кассир не может считаться источником зарплаты.


На Руси отношение к скоробогачам всегда было подозрительным. Но также всегда вокруг внезапно разбогатевших на темных делишках нуворишей начинали крутиться люди с искательно-завистливыми повадками. Точно также и вокруг внезапных миллиардеров, получивших состояние в условиях мнимой всенародной приватизации, появился и обслуживающий их персонал, твердящий: мы не должны пересматривать итоги приватизации! Таким образом утверждается, что приватизация будто бы была, а источники возникших состояний никак не могут быть осуждены, с точки зрения уголовного или гражданского права. Это утверждение, помимо его явной зависимости от мнения самих внезапных богатеев, страдает еще одним очевидным пороком – попыткой закрепить неэффективность нынешней хозяйственной системы России, когда экономическая эффективность убивается внеэкономическим регулированием, ранее применяемым партноменклатурой, а теперь – олигархами.


Российское общество, чтобы иметь шанс построить развивающуюся экономику, обязано отказать в доверии пропагандистам олигархического капитала и, по меньшей мере, с презрением относиться к паразитическим формам богатства. Прежде всего потому, что паразитический капитал чурается черновой работы и связанного с ним риска.


Производительное предпринимательство всегда рисковано. Умение рисковать снижает вероятность краха предпринимательской инициативы, но не ликвидирует ее полностью. Это значит, что предпринимательский успех связан не только со знанием дела, но и с удачей, не обусловленной никакими знаниями и умениями – с судьбой или, или, если угодно, с Божьим Промыслом. Соответственно и богатство следует считать определенного рода заданием, зашифрованным в успехе. Кому много дается, с того много и спрашивается. Именно поэтому нравственные требования к предпринимателю выше, чем к обывателю.


В то же время богатство – это еще и соблазн, склоняющий предпринимателя отказаться от труда и превратиться в паразита-рантье. Отсюда возникает риск нравственного падения и духовного заблуждения, чреватый распадом личности и позором в глазах окружающих. Соответственно, предпринимательство - рискованное дело еще и с этой точки зрения. Но наша оценка предпринимателя должна исходить из того, есть ли предпринимателю что терять в духовном смысле. Если он заведомо лишен совести, то ему нечем рисковать – он в духовном смысле оказывается паупером. И таких у нас немало – в особенности тех бизнесменов, что связаны с системой коррупции, организованной преступностью и интересами зарубежных корпораций, действующих против России. Этих бесстыдников надо отличать от честных предпринимателей. И если мы научимся это делать, то перестанем видеть в богатстве все зло мира.


В неустойчивом, разлагающемся обществе бедность и богатство взаимообусловлены – богатство существует за счет бедности, бедность – за счет богатства. Устойчивость возникает не когда изживается богатство, а когда бедность замещается достатком. Но такая замена возможна только в том случае, если богатство осознается и принимается обществом исключительно как задание, только когда оно осуществляет социальную функцию наращивания благосостояния нации в целом.


Олигархический капитал


Сегодня термин “олигарх” приобрел в нашем повседневном общении странную окраску – смесь почитания и нелюбви. Олигархами считают тех, кого называют так средства массовой информации и кто беззастенчиво выставил на показ свое богатство, бравируя причастностью к группе обладателей крупнейших в стране капиталов.


Олигархами все же правильно называть не просто обладателей крупнейших состояний, но тех, кто эти состояния превращает в инструмент достижения целей, не совпадающих с целями нации. Олигарх враждебен демократии как таковой, поскольку демократия для него – лишняя обуза. Олигархия – это режим правления немногих не в интересах народа, а в интересах узкой группы.


В России олигархический режим имеет одну особенность – олигархами считаются в основном те состоятельные лица, которые предпочитают быть на виду. В то же время у нас есть и скрытые олигархи – главным образом чиновники-коррупционеры, чурающиеся явных олигархов и даже поддакивающие критическим выпадам в их адрес. Они предпочитают звание “хозяйственников” или “управленцев”. Но по той роли, которую играют их состояния (присвоенные напрямик или по факту занимаемой должности) ту же роль, что и у явных олигархов – роль разрушителей национальной экономики ради выгод олигархических групп. Можно сказать, что эти самые “управленцы” и “хозяйственники”, не будучи предпринимателями, являются главными олигархами, поскольку сосредотачивают в своих руках власть – опору олигархического режима.


Олигархи сегодня воспринимаются как неизбежное зло, против которого нет никакой управы. Судьба российской экономики во многом зависит от того, насколько быстро это заблуждение будет преодолено и насколько интенсивным будет неприятие такого богатства, которое фактически было под видом бесхозности похищено, а не заработано. Ведь наши “олигархи” в большинстве своем получили львиную долю капитала вовсе не собственным трудом, не талантом в организации производства, а умением договариваться в высоких кабинетах, рассовывать взятки по карманам чиновников, закрывать глаза правоохранительным органам.


Не удивительно, что все наши “олигархи” – это сырьевики, те, кто получил от режима, сложившегося в начале 90-х годов прошлого века, эксклюзивные права на извлечение прибыли из ресурсного достояния страны и тех добывающих и перерабатывающих комплексов, которые создавались народом десятилетия. Таким образом “олигархи” были просто назначены владельцами огромных состояний, и, разумеется, обязаны за это расплачиваться с режимом – финансировать угодные ему СМИ, поддерживать его политические силы, обеспечивать безбедную жизнь своим благодетелям в системе власти.


Процесс приватизации в России был фальсифицирован. Именно поэтому у нас столь ничтожен слой малых и средних бизнесменов (их удельный вес в нашей экономике примерно втрое ниже, чем в развитых странах Запада), а монополизированная экономика немыслимо задирает цены товаров и услуг. Самозванные владельцы государствообразующих производственных комплексов относятся к присвоенному состоянию как к ворованному - стремятся к вывозу капитала в те страны, где их право на попавший в руки капитал останется незыблемым. За границу их усилиями перекочевали немыслимые богатства – на сотни миллиардов долларов (по разным оценкам только незаконный вывоз составил от 300 до 500 миллиардов долларов). Имея эти средства на своей территории, мы давно бы подняли хозяйство из разрухи и жили бы достойно, не переживая затяжной нищеты и бедности большинства населения.


Мы приходим к тому, что в современной России самое принципиальное противостояние – не между богатыми и бедными, не между трудом и капиталом, а между паразитической группировкой олигархов и нацией, включающей в себя национальных предпринимателей – прежде всего, малый и средний бизнес.



Рента и труд


Будущее России связано с интенсивностью туда, прежде всего труда сложного – не землекопы сегодня определяют благосостояние нации и конкурентоспособность национальной экономики в мировых делах. Сложный труд соединяет организационные таланты предпринимателя, глубокое проникновение в детали производства инженера-практика, профессионализм и ответственность рабочего. В этом смысле конкурентоспособность определяется союзом высокоинтеллектуального труда и производственного капитала, союзом капитала и интеллекта.


Рентные настроения, столь распространившиеся в России в связи с надеждами на чудесное обогащение, опасны тем, что парализуют экономику – бизнесменом становится не организатор производства, а финансист, манипулирующий мнимыми величинами, абстрактными сущностями. Рентные настроения угнетают любовь к труду, заставляя доверяться финансовым аферистам и организаторам разного рода лотерей и маркетинговых пирамид. Массы потенциально трудоспособного населения бросаются в несообразно распухающую сферу обслуживания роскоши и изощренных услуг, так же превращаясь в рантье или в их персонал. Инженеры и ученые идут торговать на лотках или вклиниваются в и без того растянутые посреднические цепочки. Олигархическая модель экономики предоставляет возможности выживания преимущественно в обслуживании ренты, посредничества, примитивной спекуляции.


Надо ли говорить, что рента угнетает труд, и делает предпринимательство зависимым от массы паразитических структур? Надо ли доказывать, что законодательство должно освободить от налогов трудовой капитал и возложить налоговое бремя преимущественно на рантье и роскошь? Казалось бы, здесь все очевидно. Но в дело вступают интересы чиновничества, которое воспринимает свою службу как способ получить часть олигархической ренты, выплачиваемой взятками. Развращенным госаппаратом создается страшная опасность для российского государства – превращение не только его граждан, но и его самого в рантье, живущего только на налоги. Чиновнику-тунеядцу это превращение (в значительной мере уже состоявшееся) было бы очень выгодным. Его личные усилия требовались бы лишь там, где правят бюрократические параграфы и можно собирать мзду с труда и трудового капитала. “Марать руки” о конкретные производственные проекты ему крайне нежелательно, поскольку его дурь сразу окажется очевидной.


Так мы приходим к пониманию еще одного противоречия, которое создает социальный конфликт – противоречия между рентным и трудовым капиталом, между концепцией государства-рантье и государства-организатора национальной экономики, между обществом рантье и обществом тружеников.



Предприниматель предпринимателю рознь


Звание “предприниматель” у нас часто относится к лицам, которые ничего полезного не предпринимают. Это целый паразитический слой, ставший продолжением бюрократической машины и подавляющий развитие творческой инициативы граждан в экономической сфере деятельности.


Предприниматель, организующий эффективный и высококвалифицированный труд осуществляет на деле и социальную справедливость, и национальные интересы. Предприниматель, распродающий производство или занятый финансовыми манипуляциями и подкупом должностных лиц, - безусловный враг национальной экономики, подрывающий жизнеспособность России в целом.


Известно, что экономический рост в современном мире осуществляется главным образом за счет интеллекта, благодаря которому появляются и функционируют высокие технологии. Соответственно, отличить национального предпринимателя от антинационального скоробогача мы можем и по такому признаку – первый сберегает материальные ресурсы и развивают самые передовые виды производств, второй предпочитает устаревшие технологии и низкоквалифицированные кадры. Первые развивают сложные виды труда и обеспечивают рабочими местами и высокой зарплатой наиболее талантливые и образованные слои общества, вторые довольствуются примитивными видами труда и варварской эксплуатацией недр и рабочей силы. Сырьевики-олигархи, хвастаясь достигнутым уровнем добычи нефти, забывают сообщить о том, что производительность труда в этом секторе экономики в сравнении с 1990 г. упала вчетверо.


Трудовой капитал достоин доброжелательного отношения, рентному полезно было бы испытывать со стороны общества постоянную неприязнь, стимулирующую рантье переходить в разряд инвесторов производства и к управлению собственными капиталами в роли организаторов реальных экономических процессов.


Современная Россия стоит перед выбором – вернуться к отношениям труда и капитала времен Маркса и ожидать жестоких социальных конфликтов или же ликвидировать олигархический режим, создать законодательную базу для партнерства труда и капитала, создать преимущества трудового капитала и препятствия для разрастания рентных доходов. В значительной мере этот выбор будет происходить и на предстоящих парламентских выборах, где избирателю крайне трудно будет найти такую партию, которая не оказалась бы под контролем олигархов. Чтобы поддержать трудовой капитал в противовес олигархическому, избирателю придется быть очень внимательным.



 



  Комментарии читателей



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100