статьи
  Статьи :: Русская нация и национальная демократия
  
  РУССКИЙ ВОПРОС И РУССКОЕ САМОСОЗНАНИЕ
15.12.2003


В рамках избирательной кампании блока “Родина” проводился ряд социологических исследования, в которых так или иначе затрагивался “русский вопрос” и предпринимались попытки выявить его влияние на настроения избирателей.  

РУССКИЙ ВОПРОС И РУССКОЕ САМОСОЗНАНИЕ


(по данным социологических исследований)



В рамках избирательной кампании блока “Родина” проводился ряд социологических исследования, в которых так или иначе затрагивался “русский вопрос” и предпринимались попытки выявить его влияние на настроения избирателей.


Нижеприведенные фрагменты исследований демонстрируют отношение избирателей к “русскому вопросу” в качественных исследованиях, состоявшихся в Подольске, Протвино, Нижнем Новгороде, а также количественные исследования по всероссийской выборке.



1. Подольские “старые-левые”


Фокус-группы, проведенные в Подольске были составлены преимущественно из лиц старшего возраста, “левой” ориентации и низкого образовательного уровня. Их позиция в “русском вопросе” в большей мере соответствовала ностальгическим чувствам по отношению к советским временам: “Объединение, а не раздрай России, чтобы было то, что было, чтобы был Советский Союз. Чтобы у нас не было того, что ты - грузин или армянин, а я - русский, еврей, и все разъединяют. Все раньше жили, и никто никого не спрашивал, кто какой нации”.


“Левые”, исходя из интернационалистских представлений, иной раз берут мигрантов под защиту: “Их тоже можно понять. Тоже им очень тяжело. И, конечно, распад Союза повлиял. Нет работы! (…)Возьмите азербайджанцев. Кто торгует? Вы посмотрите, ведь с высшим образованием! Те же самые учителя, врачи, которые не нашли применения там у себя. Может быть они никогда бы сюда не приехали к нам. И жили бы они у себя”.


Наблюдается сочетание русской ориентации с интернационалистской бережностью к другим национальностям: “Национальный вопрос - очень сложный вопрос. Ведь наше государство многонациональное. К этому вопросу нужно подходить очень тонко, не обижая никого. Мне лично нравится передача “Русский дом”. Или “Народное радио”. Я стараюсь эту передачу никогда не пропускать”.


Характерной особенностью “левого” электората, пропитанного советской ностальгией, является понимание национального вопроса не как русского. “Национальный вопрос у нас связывают только с позицией и положением русского народа. Так нельзя проводить, а российского народа - да. Я служил много лет в Прибалтике. Я хорошо помню, какой была Прибалтика тогда, во что она выросла. С помощью государства поднялась экономика и в Эстонии, и в Латвии, и в Литве. И как поступают сейчас эти власти с нашим русским народом и не только с русским народом. Там есть и другие нации и национальности и т.д., но они - представители русского, российского народа. До сих пор они там гражданство не получили. 30% населения Латвии - из 2 миллионов это 630 тысяч человек - не имеют гражданства. Они родились в Подмосковье, в Сибири. Они сейчас не имеют возможности поехать в Россию. Мать умерла. Ее дочь полгода добивалась, чтобы выехать из Латвии, на похороны не попала, чтобы только на могилу попасть. Нужны ли такие политики в нашей стране, в России, которые должны поднимать эти вопросы? Только Рагозин немножко шебуршится и т.д.”


“Левые” и старшее поколение оказывается склонным к тому, чтобы говорить не о русских, а об общероссийских проблемах, на выделяя русских в особую категорию.


Панегирики советскому времени и интернациональному единству сочетаются с недовольством нерусской ориентацией власти и средств массовой информации, наплывом мигрантов из стран, где нарушаются права русских: “вообще идут не русские каналы. Ведут передачи не русские люди, идут не русские передачи”. “Сегодня правительство не выражает, по сути дела, моих русских интересов. Какие интересы русского человека, когда распродается национальное богатство?”. Никто из правительства не “возразил в защиту русского населения в Прибалтике. Просто плюнули. На 25 миллионов русских плюнули, которые уехали в свое время поднимать наши национальные окраины, давать им культуру, давать им образование, поднимать их из феодального состояния. Те же прибалты, эстонцы, которые сегодня гордятся непонятно чем. Это - бывшие чухонцы, которые всю жизнь были под кем-то - под немцами, шведами и т.д. Они всегда были батраками и никогда не имели, за исключением Литвы, национальной самостоятельности. Когда преследуют русских, когда преследуют бывших партизан в Прибалтике и восхваляют бывших эсэсовцев, особенно в Курляндии, и наш министр так называемый Иванов - какой он там Иванов - не защищает, не говорит и не возмущается. В той же Государственной Думе Жириновский и прочие не говорят вообще о проблемах русских людей в бывших советских республиках. Когда никто не говорит о Туркмении, потому что газовые интересы превыше интересов русских людей”.


“Бегут наши из Казахстана, Киргизстана. Ни жилья, ни справки ничего. А эти господа приезжают, у них уже через год - квартиры, все справки. Что же это за скотское отношение такое? Им, пожалуйста, хоть у них есть своя родина. Если это правительство, это государство не будет национальные вопросы решать, то люди будут защищать себя другими способами”.


“Мы считаемся с любым народом, но в правительстве все-таки должно быть больше русских. Посмотрите, сколько их здесь сейчас у нас живут. А попробуйте поехать к ним, покомандуйте, не дадут. Те же туркмены, таджики. Все правильно, мы - жалостливый народ. Нас разжалобить, мы в секунду тот же все отдадим”.


Неуважение к русским людям со стороны мигрантов многие чувствуют на своем опыте: “Я была свидетелем на рынке, - когда шла рано утром. Подъехали из Ростова, - подъехали на личных машинах со своей продукцией. Их, - целая когорта окружила, - было три машины, - их когорта окружила азербайджанцев на нашем рынке. И мне прям, - я вот стояла в стороне и наблюдала, - мне было жалко вот этих ростовчан, которые привезли эти овощи и фрукты, - свою продукцию они привезли, - на частных машинах, - и я поняла, что у них был очень серьезный разговор. И азербайджанцы подходили-подходили, - они их окружили таким плотным кольцом, что эти ребята сели в машины и уехали… Не разрешили. Я так поняла, что они у них просили продукцию скупить более по низким ценам, а эти в общем… Хорошо конфликт не перерос в драку”.


Если “левые” и касаются этнических проблем, то сразу же отрицают вопрос “крови” на том основании, что сами русские смешивают в себе множество “кровей”. “Я не знаю, кто должен защищать русских. Они нуждаются в этой защите. В наше время нуждаются. Хотя у русских самих никогда не было такого вопроса, потому что у русских намешано много кровей”.


Первым оказывается не вопрос “крови”, а вопрос “почвы”: “Живете в Израиле, уважайте их язык. Живите в Латвии - уважайте тот народ. Живите в России - будьте добры, уважайте российские законы и русских”.


Людей раздражает пассивная позиция государства, которое их не защищает. Отсутствие защиты русских относится к общей несостоятельности государства: “У нас государства сейчас как такового нет. Есть только герб и гимн, а больше ничего нет”. Отсутствие государства, впрочем, критикуется пассивно – участники фокус-групп предпочитали предъявлять претензии в пространство, но не по конкретным адресам, а тем более – не к самим себе.


Этнический раскол в системе власти фиксируется “левыми”, но диагноз ими ставится неверно. Они полагают, что незащищенность русского народа связана исключительно с тем, что русские непропорционально представлены в Думе: “Русских надо защищать, но защищать здесь звучит даже совсем унизительно. В Российской Федерации 73% русского населения. 83%. И есть остальные нации, которые входят в Российскую Федерацию. Я считаю, что в Государственной Думе должно быть 83% русских. Тогда они будут говорить за Россию и защищать свой народ. То же самое в правительстве. Среди всех чиновников. А сейчас лезут за денежки и протаскивают своих, национальных. Кавказской национальности. Они с нами не считаются. Они, наоборот, пытаются унизить нас. Имея в карманах много денег. А мы ничего не имеем, они унижают нас”. В противоречии с этим заблуждением, оказывается тут же присутствующий взгляд об особой миссии русских в России и их обязанности защищать эту миссию: “Если нет основной нации в государстве, то нет и национальной культуры. Нация у нас сейчас разваливается. Но нет и патриотизма в стране. Нет Родины и нечего защищать. Я не думаю, чтобы это правительство все защищало. Они сами продались все. Олигархи - это, в основном, евреи. Кто должен? В конце концов, наверное, сами себя смогут защитить русские. А там никто не защитит”.


Вопрос о самозащите становится глухой угрозой режиму, которая исходит не от “левых”, а откуда-то со стороны и как естественная реакция: “Будут постоянно возрастать националистические настроения среди молодежи (скинхеды). Это самозащита. Эти националистические идеи найдут свое отражение, потому что сегодня в правительстве есть всякие чубайсы, но я там не нахожу русских людей”.


Отношение к националистическим организациям (очевидно “нелевым”) расслаивается. С одной стороны, “Националистических организаций люди испугаются. Какие-то есть слишком экстремистские проявления. Их тоже не должно быть. Когда против всех наций, возвеличивание только себя, шовинизм”. С другой стороны, “Националистов не боюсь. Скинхедов тоже. Я люблю этих мальчиков. За царицынский рынок - довели ребят. Для меня национальный вопрос: русское - русским. Израиль - евреям”.


“Левые” питают надежды, что кто-то будет решать их проблемы уже потому, что эти проблемы очевидны. Для них очевидна демографическая проблема русских, значит, как они полагают, в правительстве должны ее решать. “Я говорю о Тульской области, потому что туда девчонкой часто ездила, у меня родители оттуда. Я этого раньше не осознавала, только с возрастом сейчас начинаешь понимать. Я приехала туда. Это был просто ужас. Заброшенные деревни, пустые дома. Голые поля, просто перепаханные трактором, а кругом богатая земля. Это огромное пространство, которое раньше было гречихой, кукурузой, рожью засеяно. И сейчас в деревнях - мне родственники пишут, что там страшно жить. Такого раньше не было там. Дома раньше не закрывались, когда люди уходили в поле. А сейчас эти варяги из городов наезжают. У моей покойной тетки остались две дочери в совхозе. Они обе больные. Там после Чернобыля. 3 тонны картошки, которые они вырастили, сгорели в сарае. У них увели корову, зарезали. Поэтому вопрос о русских должен стоять и должен быть. Я не националистка. Но русских защищать нужно. Потому что нация русских просто вырождается”.


“Спиваются много, спаивают многих. Откуда взялись бомжи? Ведь раньше такого не было. Были какие-то попрошайки. А сейчас это массовое явление стало, когда людей буквально угрозами, физической расправой за близких - выживают из их жилья, из их квартир. Выживают те, у кого много денег, у кого власть. Поэтому русских надо защищать”.


“Я привыкла полагаться на государство. У меня такое воспитание. У нас было всегда так: мы считали, что должны быть социально защищенные государством. Я считаю, что на уровне государства”.


Несмотря на советскую ностальгию, “левые” все-таки говорят не о классовой солидарности, а исключительно о национальной. “Я хотел бы, чтобы русский народ был бы более подружней. А то у нас получается так, что ну и хорошо, что тебе плохо. А надо поддерживать друг друга так, как поддерживают евреи. Протаскивают своего человека, поддерживают своего человека, не деньгами, так просто так. А у нас русский народ такой. Что сделать, такие мы люди. Проблемы - идут большие сокращения по заводам. Что должен защищать? Должен защищать, чтобы нашему народу жилось бы лучше, чтобы - не знаю даже, как ответить на этот вопрос”.


“Левое” понимание православной культуры исходит из принципа “все хорошо, что в меру”: “Все зависит от того, в какой степени. Я считаю, что до фанатизма доводить не следует. Я считаю, что Церковь развивает духовные ценности. Я считаю, что это нужно, но в приемлемой форме. Мы все-таки воспитаны были атеистами, и для меня поэтому это такой особой роли не играет”.


“Православные ценности? Православная церковь у нас лидер. Все правильно. Но все ценности в любой религии примерно одинаковые. Раз русские, то правильно - православие. Но Церковь, как она отделена от государства, так и должна быть отделена”.


Соответственно, совсем рядом находится миф “христианского коммунизма”: “Если взять моральный кодекс строителя коммунизма и православие, то там все те же заповеди Христа. Это все одно и то же. Я стараюсь дать хорошее образование своим детям. В школе их тоже стараются учить хорошие учителя. Но в Церковь наших детей не тянет. У меня младшая дочка к этому вообще негативно относится. Поэтому детей к Церкви тяжело приобщать”


Представление о православии как о национальной, а не вселенской ценности, также является устойчивым представлением “левых”: “Ищут все национальную идею. А мне кажется, что национальная идея заключается в православии. Она ничему плохому наших детей не научит. И нас привяжет, - не греши, не прелюбодействуй, и прочее, - все десять заповедей. Во всяком случае в школе сейчас ввели всякие православные культуры. И это вызывает раздражение? Вызывает. Особенно у азербайджанцев. Но им приходится говорить, что не мы к вам, а вы к нам приехали, - так что изучайте нашу культуру и будете знать. А мы приедем к вам, будем вашу - ислам изучать. И уважать. По-разному все это воспринимают”.


В целом подольские “левые” чувствуют “русский вопрос” как социальное унижение и распад государства. Национальный вопрос их одновременно притягивает и пугает.


Необходимо национальное государство, национальный строй, который бы защищал нас от унижений и вымирания. Но это не значит, что необходимы жесткие меры, особенно связанные с самодеятельностью. Православие для нас - это тоже что-то вроде национальной идеи.



2. Протвинские недообразованцы


В Протвино фокус-группы проводились среди лиц преимущественно среднего возраста с высшим образованием и с некоторыми следами симпатий к лидерам блока “Родина”. При высоком образовательном уровне эти люди оказались современно не информированными в политических вопросах, не фиксирующими внимание на избирательной кампании. Условно эту группу можно назвать “недообразованцы”.


Была предпринята попытка выяснить их отношение к смягченному националистическому лозунгу “Россия для русских и других братских народов”. Оказалось, что первая часть лозунга без второй кажется слишком резкой, а со второй – двусмысленной. Часть участников фокус-групп пыталась позитивно отнестись к лозунгу, поскольку “россиян зажали”, поскольку “сейчас засилье идет”. Но основная часть сочла лозунг не просто некорректным, а прямо-таки пренебрежительным по отношению к “братским народам”. Тем более, что “сейчас братства уже нет”.


“У нас сейчас чистокровного русского днем с огнем не сыщешь. Мы все перемешались со всеми, но чтобы строить нужно вместе сообща, с тем кто рядом. У нас многонациональная страна”.


“Мы, все, кто бы ты ни был - русский, татарин, еврей, в первую очередь – человек”.


Предлагается иной – чисто гражданский вариант замены лозунга с вытеснением внутренней проблематики на внешнюю. “Нужно написать “защита прав граждан России за рубежом”. Этот лозунг пойдет, если будет написано - защита прав граждан России. Что, если ты - гражданин России, то где бы ты ни был, о тебе побеспокоятся”.


Но даже и эта позиция встречает возражения: “А Вам не кажется, что и так люди бедно живут в стране, чтобы еще кого-то защищать за ее пределами? Ну, как бы и силы, и деньги уходят”.


За этой мыслью о собственных интересах происходит возврат к внутренней проблематике: “Здесь и прибалты, и литовцы, их же здесь не прижимают, так почему же там наших русских прижимают?” Оказывается: “Русские сейчас дождутся, что они уже не русские тут будут. Сейчас в Протвино совсем другие будут, таджики например”. Кроме того, первая ассоциация: “Вот люди говорят: “Сколько будем их кормить, опять “братские” народы” Можно ждать такого ответа. Отчего плясали, к тому и пришли”. “Поскольку сейчас командуют везде деньги, то получается, что везде давят на русских”.


Братство, оказывается, дело накладное: “Каких братских? Кавказских, что ли? Их в Москве на каждом шагу”. “И здесь их тоже хватает”.


Православная символика была отвергнута большинством участников фокус-групп на том основании, что “мы, русские - большинство, православных. Тогда меньшинство будет говорить, что опять русские давят нас. Мы как бы в контре, не пойдем с ними”.


Не прошла и патриотическая символика – образ Родины-матери с Мамаева кургана. “Он слишком военизированный. Не подойдет. Это больше память. Это военизированный”. “Мы сейчас говорили о людях, о детях, о заботе, а это - военизированность, опять лозунги, крики. Давайте вооружаться. Это не забота о человеке, а давайте космос покорим или еще что-то там”.


В среде недообразованцев оказалось невозможным выделить какую-либо устойчивую позицию. Ни одна идея не могла встретить очевидного позитива – всегда находились возражения. Националистический лозунг отвергался, его смягчение – тоже, затем отвергалось также и собственное отрицание, которое обнаруживалось у интервьюера, но не у самих себя.


Подмосковная “глубинка”, как выяснилось, формирует совершенно аморфную личность – даже несмотря на славное научное прошлое научного центра, который в советское время был одним из самых известных наукоградов.



3. Нижегородские либералы и националисты


В Нижнем Новгороде исследование проводилось среди тех, кто явно симпатизирует блоку “Родина” или одному из его лидеров. Крупный город оказался богатым и на интеллект, и на понимание русской национальной идее – вплоть до оценок практических шагов в защите русских интересов.


Тем не менее, и здесь широкое распространение получила интернациональная риторика – скорее либерального, чем советского происхождения:


Модератор: Вы националистические идеи не поддерживаете?


Да, я, честно говоря, не поддерживаю. Потому что я учился с людьми разных национальностей, у меня, честно говоря, ни к тем же самым азербайджанцам, ни кем не был. Пока был Советский Союз, они тоже относились совсем по

-другому. То, что после развала люди меняются, это да, но… (мужчина, 37 лет, высшее, ИТР, сторонники Д. Рогозина)

Это государство так меняет. – Это не вина людей, да, это именно государство. Так что нельзя вот так, что если он азербайджанец, то чем ни будь ему тут же в лицо и сразу выгонять, люди разные бывают (мужчина, 51 год, высшее, служащий, сторонники Д. Рогозина)

.

А об этом никто и не говорит, говорят… (женщина, 59 лет, высшее, пенсионер, сторонники Д. Рогозина)


Россия – изначально многонациональное государство (мужчина, 51 год, высшее, служащий, сторонники Д. Рогозина)

.

Раньше как жили, все вместе, и таджики, и киргизы, а сейчас разъехались и считай с Украиной почти что война началась, елки зеленые (мужчина, 50 лет, среднее общее, рабочий,

избиратели, поддерживающие идеи национального возрождения России).

Слово

“национальный” – это плохо. Само слово. Должно быть межнациональный, хотя бы. Национальный – это национализм, одни русские. А украинец уже ничего, чужой (женщина, 22 года, высшее, специалист сельского хозяйства, избиратели, поддерживающие идеи национального возрождения России ).

К сожалению, интревьюеры-модераторы, проводившие исследования, особенно упирали на такого рода тезисы, которые позволяли им сделать вывод о том, что слово “русский” в избирательной кампании лучше не употреблять.


В то же время целый ряд участников фокус-групп отчетливо ассоциировали себя с русским народом и его интересами, несмотря на негативное отношение со стороны организаторов исследования, оценивавших их заявления как шовинистические и нацистские. Неприятие со стороны медиаторов доводило до эмоциональных высказываний типа “я не нацист, просто я ненавижу всех азербайджанцев, их надо выгнать из страны”.


Среди этой группы сложилось отчетливое понимание тяжкого недуга русского духа и необходимость взять на себя роль защитника русского народа, пребывающего в тяжелом состоянии:


А вот ты что, русский? Себя так ведут, что ему в лицо плюют, а он вытирается и отворачивается (мужчина, 37 лет, высшее, ИТР, сторонники Д. Рогозина)

.

А это характер русский такой, миролюбивый, мы не можем, пока нас до каления не доведут, мы не можем сдать, мы все терпим и терпим, рабская вот такая (женщина, 59 лет, высшее, пенсионер, сторонники Д. Рогозина)

.

У нас как раз вот две стороны, или мы молчим, или начинаем всех подряд мочить (женщина, 59 лет, высшее, пенсионер, сторонники Д. Рогозина)

. У русских две крайности (женщина, 59 лет, высшее, пенсионер, сторонники Д. Рогозина).

И, кроме того, я бы запретила людям кавказской национальности и всем им подобным, я не знаю, как их всех обобщить, вообще ездить в нашу страну. Потому что насколько мне известно, многие руководящие должности занимает именно нерусская нация (женщина, 20 лет, незаконченное высшее, студент, сторонники Д. Рогозина)

.

Вот даже судя по нашему Нижнему Новгороду, я наблюдаю и присматриваюсь, что у нас скоро вот тридцать процентов будет, как я уже называю, не Нижний Новгород, а Баку. Баку! Потому, что, видимо, нашей администрации местной выгодно, в силу там каких–то материальных интересов, не будем грубее называть все это, они очень хорошо к ним относятся. Они держат все рынки здесь, азербайджанцы, у них мафия своя. У нас никогда не было таких цен высоких на сельхозпродукты, как сейчас. Они этот рынок сейчас держат, они цены не опускают, они лучше товар сгноят, выбросят. Или нашей же бабушке-пенсионерке пинком подвинут ящик: “бабка, выбирай из гнилья себе, чё надо!” Меня лично, как русскую, до такой степени это бесит… Думаю: ну в конце концов, прекратится когда ни будь это безобразие, или нет?!! Или же будет действительно, вместо Нижнего у нас скоро Баку! (женщина, 59 лет, высшее, пенсионер, сторонники Д. Рогозина).


Недавно выступал Рогозин в связи с событиями в Латвии, с положением русскоязычного населения, на прошлой неделе это было, по-моему. Мне очень понравилось его выступление. Хоть там и иронизировали, что если говорят о русскоязычном населении, значит, выборы. Это латыши иронизировали. Но Рогозин в этом плане последователен. Он уже много времени поднимает вопрос о защите русскоязычного населения в наших бывших союзных республиках (женщина, 57 лет, высшее, служащий, сторонники С. Глазьева).


Исследователи приводят следующую таблицу отношения участников фокус-групп к различным лозунгам, каждый из которых респонденты оценивали по балльной системе.



Совокупные баллы, набранные лозунгами (сводная таблица)






























































































































Лозунги


1


2


3


4


5


Сумма баллов


Средний балл


Ранг


Возродим Россию


78


68


61


86


75


368


7,7


1


Природная рента — достояние всего народа


69


68



80


63


280


7,4


2


Доходы от нефти народу


30


66


62


69


54


281


5,9


3


Вернуть вклады населению


46


73



55


45


219


5,8


4


Восстановим справедливость


68


46


60


45


51


270


5,6


5


Экономика должна быть справедливой


58


40


39


68


27


232


4,8


6


Победим бедность


53


46


-14


65


58


208


4,3


7


России нужна диктатура справедливости


48


20


0


45


53


166


3,5


8


Долой олигархов. Вернем себе Россию


34


33


32


20


13


132


2,8


9



Пересмотрим итоги приватизации – вернем общенародное достояние


8


22


59


7


15


111


2,3


10


Россия для русских


-14


12


13


5


37


53


1,1


11



1 - Избиратели, разделяющие и поддерживающие идеи национального возрождения России


2 - Неудовлетворенные существующей политической ситуацией и старыми, уже оформившимися политическими образованиями


3 - Сторонники С.Глазьева


4 - Сторонники НПС “Родина”


5 - Сторонники Д.Рогозина



Бросается в глаза явная некорректность в подсчете средних баллов, а также странное позиционирование неких “избирателей, разделяющих и поддерживающих идеи национального возрождения России”, оказавшихся самыми либеральными из всех участников исследования.


Таблица отражает неоднородность избирателей блока “Родина” и явную выделенность среди сторонников Д.Рогозина националистической группы – более жесткой и поддержавшей лозунг “Россия для русских”. Лишь в силу случайности выборки и определенной позиции модераторов, проводивших исследование, эта группа оказалась не столь представленной в исследовании, как она присутствует среди общей массы избирателей (см. следующий раздел).


Либеральная часть участников исследования категорически не согласна с использованием слова “русский”, поскольку объявляет невозможны точно определить, кто такие русские и поскольку это “отдает национализмом”:


Как это можно сказать, когда уже смешение крови произошло? Есть такая семья: бабушка – немка, дедушка – коми, мама - не понятно кто, папа – чуваш, мама тоже у него непонятно откуда, а дочка у них кто тогда получается? Чебурашка. Как Россия для русских? Она со мной рядом живет, и они все – уважаемые люди (женщина, 48 лет, высшее, ИТР, неудовлетворенная существующей политической ситуацией).


Мы такое государство, в силу своего географического положения, были всегда буфером между Европой и Азией, у нас много национальностей, даже в Нижегородской области, мы всегда жили в мире мужчина, 47 лет, высшее, ИТР, сторонник НПС “Родина”).


А “Россия для русских” не очень нравится, какие-то идеи нацизма. (Мужчина, 20 лет, студент, сторонник НПС “Родина”).


Это национализм (женщина, 50 лет, высшее, служащая, сторонница Рогозина).


Сказать “Россия для русских”, это я сразу вспоминаю Гитлера. Что нация, что череп какой должен быть. И опять же так же пойдет и русский. Поэтому “Россия для русских”, все-таки у нас всегда была доброжелательность русских, и поэтому как-то “Россия для русских” - что-то такое нацистское для меня (женщина, 42 года, высшее, ИТР, сторонница Рогозина).


Это же лозунг национал-патриотов, то есть людей, которые на улице отлавливают кавказцев и прочих нерусских… Я считаю, это криминал, такой лозунг (женщина, 23 года, студентка, неудовлетворенная существующей политической ситуацией).


Россия для русских — лозунг скорее Жириновского (женщина, 23 года, студентка, сторонница Глазьева).


Другая группа, также испугавшаяся неоднозначности трактовок лозунга предложила как-то его поправить:


“Россия для русских” мог бы быть хорошим, если бы было какое-то дополнение – для русского духа или что-то такое (мужчина, 41 год, высшее, непроизводственная интеллигенция, сторонник Глазьева).


Россия для россиян, а не для русских (женщина, 60 лет, высшее, руководитель предприятия, сторонница Глазьева).


В России сейчас все русские. Раньше говорили “русский народ” (мужчина, 59 лет, высшее, служащий, сторонник НПС “Родина”.


А сейчас, может быть, народ земли российской (женщина, 62 года, среднее специальное, пенсионер, сторонница НПС “Родина”).


Россияне! (мужчина, 47 лет, высшее, ИТР, сторонник НПС “Родина”).


Наконец, имеется и переходная форма, близкая к пониманию русских национальных интересов: “Я с одной стороны, не националист, я не хочу там развивать вот эти вот тенденции, как говорится. Но и, в то же время, я хочу, чтобы русский народ здесь не угнетался, и ноги об него не вытирали, то есть, я вот и не могу плюс десять дать, я не нацбол, и в то же время я вот восьмерку с плюсом даю, я хочу, чтобы приоритеты все- таки были у русского народа. Мы же не идем и не качаем там права в Азербайджане, допустим, или в каких-то других союзных республиках. У каждого есть своя территория, и будь добр, уважай хозяев. И они должны нас уважать” (Женщина, 59 лет, высшее, пенсионер, сторонница Рогозина).


В Нижнем обнаружилось явное разделение на тех, кого “русский вопрос” пугает и тех, для кого он является ключевым. Первые предпочитают риторику социальной защиты и социальной обеспеченности, вторые – идеи русского национального возрождения. Между этими группами имеется широкий набор уклончивых позиций, сторонники которых чувствуют, что с русскими что-то неладно, но боятся ясно и недвусмысленно встать на сторону русских, чтобы не прослыть националистами.



4. Парадоксы русского самосознания


“Соотношение сил” между идеологиями в данных всероссийского соцопроса, которым мы пользуемся, достаточно трудно определить, поскольку в нем смешались экономические и общемировоззренческие вопросы. Нижеследующая таблица лишь отчасти позволяет прояснить, на какой слоя населения решающее воздействие оказала русская национальная идея.



























 

Каким Вы бы хотели видеть социальный и экономический строй в будущей России?


%


Рыночники


Строй, основанный на рыночных отношениях


19,7


Социалисты


Социалистический строй, какой был в СССР


15,5


Националисты


Строй, основанный на русских национальных ценностях


10,6


“Ищущие”


Иной строй, который бы сочетал в себе элементы и рыночных, и социалистических отношений


42,0

 

Затрудняюсь ответить


11,5


Доминирование рыночников над националистами здесь ни о чем еще не говорит. Рыночники могут оказаться скрытыми националистами, озабоченными на сегодняшний день больше опасностью “левого реванша”, чем национальной проблематикой. То же (и даже в большей степени) касается “ищущих”.



Более отчетливое выделение националистов состоялось в ответах на другой вопрос:







































 

Кому Вы скорее симпатизируете (выберите только один ответ):


%


Государственники-конформисты


Сторонникам нынешнего политического курса


15,9


“Левые”


Коммунистам, другим “левым силам”


8,8


“Полулевые” государственники


Не столько коммунистам, сколько идее сильного и социально ориентированного государства, которое было у нас в прошлом


18,0


Националисты


Тем, кто выступает против засилья в стране нерусских группировок, наплыва в страну приезжих из южных и юго-восточных регионов


7,9


Православные националисты


Сторонникам возрождения страны на основе православной традиции


4,4


Левые либералы


Правозащитникам, выступающим против диктатуры и произвола со стороны государства и чиновничества


12,5


Либералы


Сторонникам более быстрого и радикального проведения рыночных реформ


4,7


“Пофигисты”


Не интересуюсь политикой


12,8


Таким образом, “левые” собирают максимально 24,8%, государственники – 33,9, националисты – 12,3%, либералы – 17.2%. Последние две группы также могли бы конкурировать за “полулевых государственников”, но вряд ли смогли бы поглотить их целиком.


Наконец, русская ориентация в наибольшей степени актуализируется при ответах на конкретные вопросы и в связке “Россия – русские”.


































Какие из следующих предлагаемых мер Вы бы поддержали?


Поддерживаю


Не поддерживаю


Мне безразлично


Полный возврат в собственность государства (национализацию) природных ресурсов страны (нефть, газ, лес…)


78,7


14,1


7,2


Аресты счетов олигархов за границей и возврат денег в российскую казну


77,1


9,7


13,2


Пересмотр результатов приватизации


54,7


25,8


19,5


Ограничение наплыва в страну нерусских мигрантов с Юга и Юго-Востока


72,7


16,0


11,3


Превращение России в страну для русских


43,6


44,4


12,0


Мы видим, что русская ориентация присутствует в значительном слое населения, а настроения против наплыва нерусских мигрантов консолидирует нацию не хуже, чем борьба за свои права на природные ресурсы и антиолигархические настроения.


Три приведенные таблицы свидетельствуют, что русская национальная идея более всего ясна населению в конкретных предложениях. “Россия как страна русских” – это понятно и поддерживается. А вот антимиграционные настроения или православные позиции принимаются только походом с другими установками.


В этом плане блок “Родина” достаточно удачно заявился и как сторонник национализации природной ренты, и как антиолигархическое объединение, и как защитник русских за рубежом. Прорусская позиция высказывалась относительно редко и достаточно аккуратно, но вполне могла различаться избирателями.


В то же время “партия власти” также позиционировалась как антиолигархическая и также поминала об отъеме природной ренты. Русский вопрос был ею оставлен без внимания, но борьба за “полулевых” государственников выиграна у КПРФ, чего оказалось достаточно, чтобы стать крупнейшей парламентской фракцией. Плюс при отсутствии выраженной националистической партии ухватить часть голосов националистов, подразумевающих, что русским выгодно сильное государство.



Две пары высказываний, приведенных ниже и имеющих противоположный смысл, раскололи респондентов на три почти равные группы – западники, евразийцы (особый путь + равенство народов) и русские националисты:









32,3% - России следует поскорее войти в сообщество ведущих западных стран


66,1% - У России свой путь, отличный от стран Запада, в ней никогда не привьется западный образ жизни



36,1%

- В России должно быть государство, которое выражало бы, в первую очередь, интересы русских

63,4% - В России должно быть государство, в котором все народы, проживающие на его территории, имели бы равные права и возможности



Таким образом, что такое “русские национальные ценности” русским националистам понятнее менее всего - 10%. Партийное позиционирование с привлечением православных ценностей дает немногим больше – 12% националистов. Людям более понятно, что такое “русские интересы” (36%); и еще понятнее, что главный интерес – это Россия (43%).


Приходится констатировать, что православная ориентация мало что дает в политике.


В данном исследовании православными определили себя 47,9% репондентов. Еще 25,4% заявили о колебании между верой и безверием. 4,9 - зафиксировали принадлежность к неправославной конфессии. Остальные 21,8 оказались решительно неверующими.


При доминировании православных оказывается, что действительно хотели бы внедрять православные ценности в свою жизнь и жизнь страны не более трети населения. Испытательным здесь служит вопрос о введении в школьное обучение курса православной культуры. Респонденты поделились на три равные группы – сторонников такого нововведение, его противников и не имеющих определенной точки зрения.






























Суждение


Согласен


Не согласен


Затрудняюсь ответить


Православие для меня – не столько религиозная вера, сколько наша история и национальная традиция


65,6


15,6


18,8


Церковь должна заниматься своими церковными делами, а политика, общество – это ее не должно касаться


58,5


23,0


18,5


Только верующий человек может быть по-настоящему нравственным


21,7


58,8


19,5


Современному человеку религия не слишком нужна


23,1


45,2


31,7



Еще меньше оказывается группа, в которой имеется понимание, что Церкви касается любой вопрос жизни общества

– в том числе и политика. Таковых менее четверти респондентов. И лишь около пятой части респондентов прочно связывают веру и нравственность и видят необходимость веры в современной жизни. Если же прямо связывать православие и политику и противопоставлять эту связь другим объединяющим мотивам, то оказывается, что политизированные православные составляют ничтожную часть электората – всего 4,4%.

Таким образом, из количественных исследований следует сделать вывод, что националистическая риторика актуализирует русское национальное самосознание преимущественно в форме обращения к русским по поводу судьбы России. В этом смысле лозунг, вынесенный как название книги Д.Рогозина “Вернем себе Россию”, оказался очень точно угаданным и служащим консолидации электората блока “Родина”. Также чрезвычайно удачным было 1) отсутствие какого-либо упоминания о православности лидеров блока и его идеологии, 2) разворачивание антиолигархической темы. Недостатком было слишком осторожное касание темы незаконной миграции, которая в избирательной кампании утонула в дискуссиях по другим поводам. Подхватил и сделал стержневой эту тему лидер ЛДПР Жириновский. Вероятно, именно это обусловило значительный рост его поддержки в сравнении с предыдущими выборами.



В целом русское самосознание пришло к выборам 2003 года весьма смутным. В особенности эта смутность проявилась в рассуждениях русских людей, случайно собранных в фокус-группы. Оказалось, что русские в простонародной массе вообще не в состоянии обсуждать свои проблемы, все время возвращаясь к забитой в сознание риторике советского времени и зацикливаясь на темах, связанных с наплывом мигрантов и несправделивого перераспределения материальных благ.


Смутность русского самосознания обусловило голосование за “старые” партии, созданные в период ельцинизма и связанные с ельцинизмом либо прямым соучастием в его преступлениях, либо компромиссами и закулисными сделками. Русские на выборах фактически подтвердили свою готовность сохранения того положения, которое они сами же считают нетерпимым. Этот парадокс, безусловно, говорит о тяжкой болезни русского духа, не способного на сей момент осознать свои интересы таким образом, чтобы не совершать ошибок в политическом выборе.



  Комментарии читателей
17.10.2006 17:07:25
алексей

Отношение государства к русскому народу можно выразить коротко -сдохните все и побыстрей.Лет через 50 России как самостоятельного государства не будет.Обслуживать буровые вышки Аликперовых и Абрамовичей, много населения не нужно.Уже сегодня Москва столица неизвестно какого народа.Одних чеченцев полмиллиона.А сколько русских в Чечне?Я не националист.Просто хочу ,чтобы в России русского человека уважало собственное правительство как зстонца в Эстонии,как еврея в Израиле,как чеченца в Чечне...Только этого никогда не будет.А жаль.
Андрей Савельев: Это будет, Алексей! Мы думаем одинаково. Значит, Вы, как и я, нормальный русский человек - то есть, русский националист. Не отчаивайтесь. Лучше приходите на Русский марш 4 ноября. В Москве или в другом месте - марш будет в десятках крупынх и средних русских городов.



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100