статьи
  Статьи :: Этнополитика: русские и нерусские
  
  Слушается законопроект о русском народе
19.04.2001


На теперешних слушаниях никто не вздрагивает от словосочетания “русская нация” и не призывает к борьбе с “русским фашизмом”.  

Слушается законопроект о русском народе



25 мая Комитет по делам национальностей Государственной Думы провел парламентские слушания “О проекте федерального закона “О русском народе”. Это вторая попытка подойти к решению проблем русского народа, предпринятая через три года после обсуждения во многом аналогичного законопроекта “О национально-культурном развитии русского народа”.


Совсем недавно – 5-7 лет назад - говорить о русском народе вне рамок фольклорного контекста было вообще невозможно. На теперешних слушаниях никто не вздрагивает от словосочетания русская нация” и не призывает к борьбе с русским фашизмом”. То же самое произошло и в СМИ. Мы видим явное изменение общественных настроений хотя бы на уровне риторики.


Тем не менее, на прошедших слушаниях в очередной раз проявилось противоречие в подходах к “русскому вопросу”. С одной стороны, где-то с середины 90-х годов ушедшего века политическая публицистика в ведущих СМИ начала касаться русских проблем, неявно признав тем самым, что выступления русской общественности вовсе не были кликушеством и мракобесием. С другой стороны, ставшие привычными привилегии некоторых “титульных” народов Российской Федерации и определенный административный ресурс, стоящий за некоторыми национальными движениями, вызвали к жизни ряд концепций, препятствующих какому бы то ни было упоминанию русского народа в законах России. Поскольку эти национальные движения и этот административный ресурс оказывают серьезное воздействие на всю систему власти, они в значительной степени предопределяют и деятельность тех институтов, которые призваны были обернуться лицом к русскому большинству – Миннац и Комитет ГД по делам национальностей. Кроме того, русская проблематика зачастую использовалась политиками лишь в пропагандистских целях, не предполагая законодательных инициатив от имени парламентской фракции. Именно поэтому даже вопиющий факт – отсутствие упоминания русского народа в Конституции РФ так и не стал предметом беспокойства ни для одной из фракций российского парламента. По крайней мере, не было ни одной инициативы по изменению текста Конституции.


Представленный на слушаниях проект может быть расценен как существенный прорыв в политической риторике. В нем закрепляются сложившиеся в обществе представления о разделенной русской нации, признается ведущая роль русского языка, фиксируется демографический кризис русского народа и т.д. Даже вызывающий отчаянное противодействие тезис о русском народе как о государствообразующем фактически присутствует в данном законопроекте.


Между тем, для участников слушаний не было секретом, что проект, вынесенный на обсуждение, состоит из деклараций, не требующих ни от исполнительной власти, ни от парламента никаких действий. Возникает опасение, что на декларациях все и закончится. Тем более, что вполне возможен такой вариант работы над законопроектом, когда он будет поглощен Законом “Об основах государственной национальной политики”, также разработанным в недрах Комитета по делам национальностей. Это нетрудно будет сделать, поскольку и закон “О русском народе” пока остается куцым – всего десять статей. Рамочный законопроектОб основах…” имеет значительно больше шансов быть принятым как раз в силу более конкретной проработки его положений, включая налоговые льготы для национальных движений, обязанность власти предусматривать в бюджетах всех уровней финансирование таких движений и т.д. Согласно имеющей широкое хождение концепции “равенства прав народов”, русская проблематика будет в этом случае сведена к частному случаю национальной политики. При том, что представление о русском народе как о становом хребте российской государственности, можно считать повсеместно признанным и укоренившимся.


Как было отмечено на слушаниях, законопроект о русском народе, оказался недостаточно проработанным с научной точки зрения. Так, уравниваются понятия “русский народ”, “русская нация”, “русские люди” и даже вводится в оборот такое странное словосочетания, как “лица русской национальности”. Между тем, известно, что мы говорим о народе, имея в виду этническую общность, связанную родовыми узами. Если же речь идет о нации, то родовые связи отходят на второй план, а на первый выходят культурные и политические факторы. Положение законопроекта о том, что русские есть этнос противоречит всей российской истории. Ведь в прежние времена русскими считали великороссов, малороссов и белорусов, а также обрусевших представителей других народностей. Исключение большевиками такого понятия, как “великоросс” (вспомним с какой ненавистью говорили лидеры большевистской революции о “великорусском шовинизме”!), побудило называть русскими только великороссов и путать этнос с нацией. Увы, эта путаница продолжается и по сей день, нанося русской нации колоссальный ущерб. Иные мыслители с чрезвычайно раскрепощенным сознанием, даже предлагают говорить о некоей “многонародной нации россияне” или же представлять дело так, будто большинство русских думает только о том, как бы прокормиться, и не желает вспоминать о своей принадлежности к русскому народу.


Речь не о терминах, которые можно менять как вздумается. Когда мы говорим о народе или нации, название не может быть предметом вольного выбора или соглашения. Великороссы были и есть, независимо от желания власти. Русские остаются многоединой нацией (суперэтносом, если угодно) и никогда не будут “россиянами”. Но упорное стремление подменить выдумкой историческое самоназвание серьезным образом ущемляет жизнеспособность русских, наносит ущерб интересам России в целом. “Россияне” – это не новое название для граждан России и не новое название для русских. Это запрет для русских быть русскими, это попытка стереть Богом и природой заложенные различия между народами, живущими вместе и способными ценить эти различия наряду с собственной самобытностью.


Последнее обстоятельство было отмечено в законопроекте “О русском народе” попытками обойти недальновидное решение об исключении из российского паспорта графы национальности. Понимая, что общество не принимает попытку уравнять все народы в одну безликую массу перед лицом бюрократии, разработчики законопроекта предлагают обязать органы власти обеспечивать документальное подтверждение принадлежности тех или иных лиц к русской нации. Но и такой подход может выглядеть абсурдным, если речь идет об этническом самоопределении. Ведь этническая принадлежность не может выдумываться. Нельзя объявить себя печенегом или шумером. Но этот абсурд у нас до сих пор не прекращен. Вполне возможно, государственным органам придется выдавать абсурдные свидетельства о принадлежности к несуществующим народам. Тем более почва уже подготовлена за последнее десятилетие у нас в стране появилось 45 новых (или хорошо забытых старых) этнических групп.


Разумно было бы иметь к проблема этнического самоопределения иной подход предлагать тем гражданам, которые того хотят, установить их этническую принадлежность. Разумеется, не выдумывая никаких новых народов и не воскрешая давно ушедших. В отношении русских это означало бы, что факт записи родителей русскими в прежних паспортах есть основание для причисления к великороссам. Можно плохо говорить по-русски, но иметь русских предков, чтобы с полным правом претендовать на звание великоросса, малоросса или белоруса. Лишь в случаях различной этнической принадлежности родителей речь могла бы идти о свободном выборе.


Принадлежность к русской нации тоже не может быть предметом свободного выбора. Человек, с трудом говорящий по-русски, вряд ли может быть отнесен к русской общности. Более того, сама принадлежность к нации должна быть связана с определенность гражданской зрелостью. Нацию образует демос объединенные в общество добропорядочные граждане. То есть, принадлежность к русской нации связана с установленным уровнем образования. Выбирая свободно то или иное национальное образование, человек свободно выбирает и свою принадлежность к нации, которую он получит освоив необходимый комплекс знаний.


Проблема русской нации носит особый характер в сравнении с проблемами национальных меньшинств, потому что во всех своих аспектах она совпадает с общегосударственными проблемами, с проблемами подавляющего большинства граждан нашей страны. Именно поэтому многие выступавшие на слушаниях стремились говорить о конкретных проблемах русского народа, которые не нашли отражения в законопроекте. Увы, и в этом случае “любимые идеи” порой затмевали суть русского вопроса. Так, В.Жириновский предпочитал говорить о фатальной для русских роли географического фактора, Г.Зюганов – о коллективизме и необходимости защиты русских от глобализации и захвата российских природных ресурсов, Н.Кондратенко – об особой опасности сионизма и готовности русских защищать евреев. Интересно, что не разработав за десятилетие ни одного внятного закона, поминающего русских, иные политики готовы в голос доказывать свою приверженность интересам русской нации. Возникают даже записные “русофилы”, которые умудряются выступать на всех слушаниях и конференциях, хоть как-то касающихся русского народа, превратив это в свою профессию. Порой в качестве доказательства своей “первосортной русскости” служит антисемитизм и готовность соучаствовать в расчленении гражданского общества на этнические общины вплоть до уровня местного самоуправления.


О таких людях наш русский философ Лев Тихомиров писал: “Но вот какие-нибудь лица, заинтересованные в развитии особой народности, начинают раздувать всякие ее отличия, раздувать всякий предлог для порождения антагонизма между этим племенем и русским. Такие лица легко являются. Они могут принадлежать к местной родовой аристократии, которой господство обеспечивается при возбуждении “местного национального движения”, они могут принадлежать к многочисленному ныне слою политиканствующей интеллигенции, мало способной к другому роду труда, но честолюбивой и ловкой в искусстве агитации. Требует ли справедливость признавать права всех таких требований на “свободное развитие”? Ничуть и ни малейше. Это было бы не признание прав национальностей, а признание права на вредные для народа профессии. Правительство всякой страны, еще не находящееся в полном разложении, имеет прямую обязанность пресечь — если нужно, то и насильственно — все подобные упражнения в политике”.


С нашей точки зрения, главная проблема, которую высветило состоявшееся обсуждение – парадоксальная ситуация, когда в преимущественно русской (мононациональной) стране власти надо объяснять, что такое русский и что такое русские проблемы. Это означает, что власть лишена таких элементарных представлений, без которых никакой диалог с обществом вообще не возможен. Вместо него возникают разнообразные имитации. Это также связано с существованием могущественной политической корпорации, для которой активизация русского фактора в России означает уход в небытие. Именно поэтому вопрос об изменении Конституции и внесении в нее положения об особой роли русской нации в образовании и поддержании российского государственности даже не поднимается.


К сожалению, до сих пор наши политики не могут внять того, что было ясно как дважды два в исторической России, где, как пишет Тихомиров, все племена “разбросанные от Карпат до Тихого океана, только русским племенем объединены в одно величественное целое, которое так благодетельно для них самих даже и тогда, когда они этого не понимают, когда они в своем мелком патриотизме стараются подорвать великое целое, их охраняющее”.


Политики пасуют перед русским вопросом, потому что он требует масштабных изменений и в национальной политике, оставшейся неизменной со времен большевиков, и в политической системе (парадокс, но большинство лидеров ведущих политических объединений России – нерусские), и в экономической политике (большинство олигархов нельзя отнести не только к русскому роду, но и к русской нации), и в направлении научных исследований (академическая и прикладная наука предпочитает не заниматься проблемами русских).


В законопроекте упоминается об “адекватном представительстве русских во всех федеральных и местных органах законодательной и исполнительной власти, в учреждениях образования, культуры, средствах массовой информации”, что можно считать постановкой проблемы в принципе. Но здесь нас подстерегает опасная выдумка о “пропорциональном представительстве”. Такое представительство сразу разрушило бы принцип равенства граждан перед законом, заменив его принципом равенства народов”, которое превращает народ в субъект права, а на деле представляет этно-номенклатурам возможность эксплуатировать национальную карту, выбивая для себя новые и новые привилегии за счет русского большинства.


И все-таки при всей критике законопроекта, подготовленного Комитетом по делам национальностей, его принятие позволило бы закрепить понятие “русский народ” в правовом поле. Кроме того, на слушаниях проявилось понимание что чистые этнические сообщества не территории России без русских становятся нежизнеспособными. К этому привел ряд исследователей и общественных деятелей анализ положения на Северном Кавказе, откуда продолжается исход русского населения. Можно сказать, что Россия, забывающая о своей русской идентичности, не имеет будущего.


Жаль, что здравое отношение к русскому вопросу, запаздывает в парламенте в сравнении с позициями современных русских мыслителей и исследователей не менее, чем на пятилетку. Когда власть, наконец, прозреет, “дерусификация” России может оказаться уже необратимой – русскую культуру и русскую государственность можно будет сдать в музей.



“Великоросс №1, 2001




  Комментарии читателей



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100