статьи
  Статьи :: Необъективная история современной России
  
  Технологии оппозиции против технологий власти
07.07.2005


Выступление на VII научно-практической конференции "Новые избирательные технологии. Смена трендов, инструментов и парадигм" Москва 7-8 июля 2005.

Свое выступление я хотел бы посвятить тому, с чем я хорошо знаком больше других - тем технологиям, которые применяются против партии "Родина", и которые применяет партия "Родина" против своих недоброжелателей.
Начать я бы хотел с двух коротких примеров тоже из собственного опыта, которые показывают типичные образцы ответа административных работников, представителей власти на вызовы со стороны оппозиции.
Первый пример связан с таким уникальным объектом, как единственный по всей России мемориальный парк, на территории которого раньше было кладбище, где были похоронены погибшие или умершие от ран воины Первой мировой войны. Близ метро Сокол, у Всесвятской церкви, есть парк, который в прошлом году к 90-летию начала Первой мировой войны был восстановлен - ограда, обелиски, газоны. И только один факт омрачал: люди, которые жили в окрестных домах, продолжали приходить в парк со своими собаками, помечающими обелиски, восстановленные дорожки и газоны. За это я предъявил претензии к местной власти, не предпринявших ни разъяснительных, ни правоохранительных мер. Дальше последовала более чем полугодовая переписка, обращение в прокуратуру, проверки прокуратуры. И вот итог деятельности - таблички о запрете входа на территорию парка с собаками убраны. Теперь никаких запретов на собак нет, и администрация может спасть спокойно - депутатский запрос и прокурорская проверка ее не потревожат.
Второй пример связан с более высоким уровнем - с уровнем Министерства образования и с теми проблемами, которые подспудно существуют, но почти никогда не обсуждаются или же начали обсуждаться только недавно. Вы, наверное, сами сталкивались с ситуацией тотальной коррупции в московских школах и попытками за счет родителей организовать нормальный учебный процесс. Плюс после Беслана появился запрет на вхождение в школу кого-либо, кроме учеников, включая родителей. При этоу родители должны оплачивать охранные структуры, которые их же и не пускают в школу. Я вел длительную переписку с Министерством образования. Потом вместе со своими друзьями и коллегами сформировал новый проект под названием "Собрание родителей", превратившийся в довольно увесистую брошюрку, которая была разослана по стране и в различные властные структуры. Эта же брошюра была направлена в Министерство образования. Какие результаты? Первое - как только я начал проявлять активность и написал первый запрос, начались репрессии против моего сына-школьника. Потом показательно уволили нескольких учителей-коррупционеров. Потом создали специальную комиссию по установлению государственно-общественного характера образования. (Кстати, статус государственно-общественного характера образования в законодательстве закреплен, но только на бумаге). Но все это чиновники Министерства приписывали собственной активности, но не моих друзей и моей. Но первое заседание упомянутой комиссии было связано именно с рассмотрением проекта "Собрание родителей". Правда при соотношении сил примерно один к десяти, то есть один человек от инициаторов проекта и десять человек, которые устраивали обструкцию этому проекту. Финал таков: вы не профессионалы, вы ничего не понимаете, мы здесь так замечательно устроились, мы давно над этими проблемами работаем, у нас уже развернуты разнообразные эксперименты, не надо соваться в нашу епархию, у нас здесь достаточно своих специалистов.
На мой взгляд, это два типичных примера реакции власти, которые воспроизводятся во множестве других ситуаций. Либо система упрощается и вместо того, чтобы решать проблему, она снимается с повестки дня, либо проблема решается, но без тех, кто инициирует ее решение, без их интеллектуального вклада, без заострения этой проблемы таким образом, как она была поставлена. То есть фактически происходит заматывание проблемы, удушение гражданской инициативу в неэффективных процедурах и бесконечном обсуждении в комиссиях.
Обращусь политтехнологическому к опыту, который применялся властью в отношении проекта "Родина".
Не буду отпираться: поначалу этот проект и родился из технологической инициативы Кремля. Дело в том, что в Кремле, по всей видимости, происходит перепроизводство политтехнологов. В 2003 году этим толпящимся в коридорах власти технологам показалось, что сил у них достаточно не только для того, чтобы поддержать инерционный сценарий и сохранить, по сути дела, схему ельцинского парламента, а можно еще немножко подгрызть своих критиков, то есть подорвать, скажем, протестный электорат, который идет голосовать за коммунистов. Для этого был организован проект под названием "Товарищ", во главе которого решили поставить Глазьева и навязать ему роль раскольника коммунистического электората. А во главе технологической схемы утвердился известный Марат Гельман. И эта схема работала до тех пор, пока в Кремле не появилось подозрение, что Сергей Глазьев может быть не очень управляем. Надо, мол, к нему приставить кого-нибудь "из своих", чтобы он случайно что-нибудь не выкинул. Среди "своих" отыскали Дмитрий Рогозина, поскольку он был спецпредставителем президента по Калининградской области и, казалось, что он будет "без лести предан" в любой ситуации. Его поставили в пару к Глазьеву, но получилось все не так, как планировали технологи. Просчитались с Рогозиным, думая о нем весьма нелестно. А Рогозин возьми, да и переиграй Кремль, превратив рассчитанный на провал проект "Товарищ! в успешный проект "Родина".
Успех "Родины" был обеспечен тем, что технологические инициативы Кремля были полностью заблокированы. Причем Кремлю об этом не сообщили. Марат Гельман работал в своем штабе, Глазьев активно работал в другом штабе, но это была полностью безрезультатная работа. Вхолостую трудились два этажа, арендованные в гостинице и набитые сотрудниками, которые беспрерывно готовили "пиар", тексты листовок и газет, писали аналитику, выпускали печатную продукцию. А реально работала группа Рогозина, которая действительно сделала избирательную кампанию успешной и фактически за уши втащила Глазьева в Государственную Думу вместе с его сторонниками. Параллельно, правда, пришлось тащить еще и Сергея Бабурина, который также сыграл свою роль в переформатировании проекта из левацкого, антиглобалистского и почти троцкистского  в настоящий национальный и социальный проект "Родина".
Такой оборот дела показывает глубокую некомпетентность тех, кто сегодня занимается так называемым "государственным пиаром". И это дает большие надежды не только для партии "Родина", но и для России, поскольку некомпетентные лица должны будут уйти в жесткой политической конкуренции, а им на смену придут люди, более глубоко понимающие ситуацию.
Второй проект, в который была втянута "Родина", можно назвать "Второй срок" - второй срок для президента Путина. И здесь возникло расхождение в том, как на этот проект должна отреагировать вновь образовавшаяся сила. Возникли подпроект Глазьева и подпроект Рогозина. Подпроект Глазьева предполагал продолжение интенсивной борьбы за власть, как будто бы не Администрация Президента приоткрыла щелку во власть для партии "Родина", а "Родина" исключительно своими силами туда проскользнула. Как будто всенародная любовь к лидеру блока Глазьеву предопределила победу на выборах в парламент и даст ему хорошие результаты на президентских выборах. Отчасти эти надежды были оправданны, потому что Глазьев оказался единственным кандидатом в президенты, который был реален со своей программой, а все остальные, как вы помните, фактически были сняты с дистанции и заменены второстепенными фигурами, которые не претендовали не только на победу, но и на существенную долю голосов. Ошибка Глазьева была в том, что он не рассчитывал свои силы, просто реально не видел ситуацию и не желал знакомиться с социологией. С этим всем желал знакомиться Рогозин, который прагматически рассчитал, что единственное, что мы можем иметь от президентской избирательной кампании, это продолжение парламентской избирательной кампании - агитации за проект "Родина" (а не за Глазьева). Именно поэтому была выдвинута фигура Геращенко, который должен был не бороться за власть, а продолжать продвигать удачный проект.
К сожалению, два эти подпроекта столкнулись между собой и, по сути, аннигилировали - ни тот, ни другой не сработали в полную силу. И в этом, конечно, была вина Глазьева, который пошел, в том числе, и против своих соратников, заявивших в своем большинстве о нецелесообразности его выдвижения на президентские выборы. Большинству членов Высшего совета блока "Родина" было ясно, что мы не можем идти и на проматывание того случайно полученного политического достояния, которое возникло на парламентских выборах 2003 года.
В 2004 году власть начала проект под названием "Подавляющее большинство". Безоговорочная победа Путина на президентских выборах дала сигнал власти: теперь можно заняться и "непопулярными" мерами - то есть, обрушить систему социального обеспечения. С этой целью решено было устранить парламент как источник каких-либо идей, дискуссии, публичный орган контроля за исполнительной властью. И в 2004 году этот замысел был реализован. На сегодня Государственная Дума не является местом принятия решения в порядке обсуждения, не является местом публичной дискуссии, не является местом скрупулезной экспертной оценки предлагаемых правительством законодательных изменений. Подавляющее большинство Думы молчаливо, серо, скучно, но одновременно послушно и тем самым выгодно власти, которая прекрасно живет без парламентских процедур, а если они формально нужны, то ими манипулируют так же, как своим собственным кошельком. Какой ответ в такой ситуации можно было ожидать от "Родины"? Только радикализации нашей позиции.
Когда сообщество лиц с чувством собственного достоинства и волевым стержнем начинают загонять в угол, то получают "людей длинной воли", которые не собираются прогибаться под текущую конъюнктуру. Они становятся врагами власти надолго, навсегда. Мы в 93-м году стали врагами ельцинизма навсегда и мы будем противниками ельцинизма. Путинизм незаметно закончился в 2001 году. А в 2004 году стало очевидно, что Путин - ельцинист и полностью продолжает те самые реформы, к которым нас продолжают призывать уже полтора десятка лет.
Наша радикализация вылилась в голодовку в стенах Государственной Думы, что довольно уникальное явление современной истории. Хотя и были подобные прецеденты, но такого резонанса, который был на этот раз, не было никогда. Несмотря на тотальную информационную блокаду, весть о голодовке пошла по стране. Через некоторое время скептическая реакция (мол, все это "пиар") прошла. Мы получили в этой ситуации рейтинг примерно 25 процентов (половина населения знало о голодовке, а из тех, кто знал - половина ее поддерживала). Это было очень серьезно, и власть напугалась. Но, как оказалось, власть была напугана причине появления уникального символического момента. Как докладывали нам наши "разведчики", больше всего раздражения в этой акции вызвал тот факт, что на экране телевизора мелькнуло белье, на котором спали те, кто участвовал в голодовке, и на этом белье были оранжевые полосы. "Оранжевая революция! - поняли в Кремле, Надо душить!" И занялись этим делом самым энергичным образом.
Тогда в дело пошла программа "Крот". Именно тогда Кремль договорился с Сергеем Бабуриным о том, что подготовленное и полностью согласованное объединение партии "Родина" и партии "Народной Воли" необходимо сорвать. Были оплачены голоса тех, кто на съезде "Народной Воли" должны были проголосовать против объединения и. выступить с огульной критикой партии "Родина", а Дмитрия Рогозина обвинить их в присвоении брэнда блока. Бабурин должен был обрушить на "Родину" обвинение в "оранжевых" замыслах. Главный вопрос для него был: стоял Рогозин в оранжевом шарфике или нет. То есть главное уже не идейное единство, не перспективы политического сплочения, а "стоял он или не стоял". Рассчитывая, что у Рогозина не хватит сил избавиться от кремлевского крота, Бабурин продолжил линию огульных обвинений. Он все чаще и чаще выступает в средствах массовой информации с продолжением нападок на партию "Родина". Но и Кремль и Бабурин просчитались. Фракция "Родина" исключила "крота" из своих рядов за те высказывания, которые были сделаны, и за те действия, которые были предприняты за кулисами публичной политики. Это говорит о том, что гнусности тех политических технологов, которые сегодня формируют государственный пиар и государственную стратегию борьбы против оппозиции, заводят их в тупик. Они снова и снова получают обратный ожидаемому эффект.
Особенно эффективным оказался для "Родины" резкий рост популярности и резкий рост вступления в партию после инспирированного из Кремля выступления Федерации еврейских общин с совершенно необоснованными обвинениями в антисемитизме и ксенофобии. Из выступления лидеров еврейских общин и других еврейских активистов стало понятно, что эти люди совершенно не знакомы ни с документами партии, ни с трудами ее идеологов. Они попытались вырвать из контекста отдельные высказывания и забросать нас грязью. Так же поступили прочие активисты, подключившиеся к кампании против "Родины" (кучка каких-то интеллигентов из Питера). Но ничего из этого не вышло. Только продолжение роста рядов партии и рост ее популярности у тех, кто все еще подозревал, что ""Родина" - проект Кремля". Многим нашим согражданам за этими проектами видны ослиные уши власти, и они понимают, кто же в самом деле осел.
В этом дуплете выборов 2007-08 годов (они могут быть перенесены на любой срок) партия "Родина" является единственным антиельцинским проектом, который требует не о продолжения реформ, а прекращения и рассадки реформаторов на достойные места за решеткой. "Родина" - нечто иное в сравнении с тем, что мы видим в политическом спектре. В основном те, кто претендует, скажем, на пост президента, кажутся мусором прежней эпохи. Если это еще не всем ясно, то завтра граждане это поймут. Что касается, бесспорно, лидера партии "Родина" Дмитрия Рогозина, то ему, конечно, предстоит еще довольно значительный путь для того, чтобы доказать подлинность своей позиции, отделить себя от мастеров "пиара" и имитации. Его биография показывает, что он уже прошел большой путь потерь и обретений, поражений и побед. Среди политиков мало кто обладает таким опытом.
Интересной такая конструкция выборов президента, когда на финиш вышли бы люди с судьбой. У нас таких совсем немного. Скажем, министр обороны Иванов - это человек без судьбы, Грызлов - это человек почти без судьбы, но еще и без головы, Шойгу - это человек с языком, который пришит не той стороной. Это люди, которые могут участвовать в избирательной кампании, но показать, что у них есть какой-то личностный и волевой потенциал, они не в состоянии. Мне было бы интересно, если бы на выборы вышел Ходорковский. Это как раз человек с судьбой - такой уникальный олигарх, который теперь сидит за решеткой. Я предполагаю, что у него есть личностный потенциал, который возник в этой борьбе с властью. И в каком-то смысле Рогозин это тоже проходил: власть его пыталась обласкать, потом она его пыталась унизить, потом она его пыталась приблизить, потом оттолкнуть. Такой опыт не закрыть никакими политтехнологическими ужимками. Если такие люди выйдут на выборы, они будут более убедительны. Потому что одно слово правды перевесит 100 слов лжи.
Я желаю именно такого развития событий. Представить себе, что история закончилась, что уже заведомо победила партия власти, что номенклатура несгибаема, а наследник Путина готов к победе, все равно что согласиться с тезисом, что с Россией уже кончено: демографическая и технологическая катастрофы заказана на 2008 год, похороны оплачены…


Вопрос: Один из показателей немифологичности партии - ее успех не только на федеральном уровне, но и регулярные успехи на региональных выборах. Что вы можете сказать по поводу успехов партии "Родина" на региональных выборах?
Савельев А. Н. Федеральные успехи достаточно представлены в проектах, о которых я говорил, а региональная также известны. Самая большая битва была в Воронеже, но пока наш ресурс не столь велик, чтобы занимать первые места. На вторые-третьи места мы способны. Кроме того, у нас единственная возможность противостоять технологиям власти - это наращивать численность. За полгода численность партии увеличилась в четыре раза, до конца года она увеличится еще в два раза. Если выборы состоятся вовремя, мы рассчитываем иметь полумиллионную партию с разветвленной сетью организаций, которая сейчас выстраивается. Для нас выгодно иметь конституционный срок выборов, к которому мы подготовимся и придем во всеоружии.
Да, на региональных выборах было много глупостей и много случайных людей. У всех бывают промахи. У нас, скажем, за эти полгода сменились 40 руководителей региональных отделений (на сегодняшний день мы имеем в целом около 76 региональных отделений по стране) и еще где-то полтора десятка будет сменено в ближайшее время. У нас идет довольно сложная внутренняя работа по формированию избирательной машины, в которую должна быть превращена партия.


Вопрос: Ваше выступление на меня произвело примерно такое же впечатление, особенно концовка, как выступление господина Гозмана. То есть, все плохо, но мы победим.
Савельев А. Н. Напротив, все хорошо. Партия полностью консолидирована. Мы очищаемся от кротов. Все идет замечательно.


Вопрос: Что вы сделали с Круговым, который написал письмо? Участвует ли партия сейчас в муниципальных выборах? Так много новых образований и так было бы удобно на базе этих выборов нарастить партию.
Савельев А. Н. Я не очень понял вопрос - что мы сделали с Крутовым? Ничего мы с ним не сделали.
Вопрос:  Но исключили вы его или нет?
Савельев А. Н. С какой стати-то? Я тоже подписал это письмо.
Что касается муниципальных выборов, то мы, конечно, к ним еще не всюду готовы. Скажем, в Реутове были выборы. Там было восемь наших кандидатов, ни один не прошел. Набирали они очень мало. Лишь один оказался буквально в нескольких голосах от победы. Но это локальный опыт. Я не думаю, что подобное поражение будет везде. Где-то мы сильны, где-то мы еще слабы, но мы работаем над этим вопросом.


Вопрос: Как вы оцениваете перспективы борьбы, которую господин Шестаков из партии "Социалистическая Единая Партия России" за брэнд "Родина"?
Савельев А. Н. Если все по закону и но суду, то шансов у них нет никаких, а если по воле начальства, то определенные шансы есть - надо будет просто цинично переступить через закон. Есть решение Верховного суда (может быть, вы слышали, Рогозин выступал об этом), что Геращенко тогда не зарегистрировали кандидатом в президенты именно потому, что было объявлено: блок юридически закончился вместе с выборами. То есть, брэнд принадлежит фракции, больше никому. А коль скоро брэнд зарегистрированной партии "Родина" принадлежит ей, то как его можно оспорить? Шестаков (тоже, кстати, идиотская технология Кремля) тайно в конце 2003 года зарегистрировал товарный знак "Родина - Народный Патриотический Союз". Но партия - это не товар. Поэтому невозможно брэнд у партии отнять.


Вопрос: Борьба Бабурина за регистрацию своей фракции под тем же названием чем закончится?
Савельев А. Н. Сегодня вопрос решается. В глазах нашего руководителя регламентного комитета Олега Ковалева было торжество: он зарегистрировал вторую партию с названием "Родина". Но закон говорит о совершенно других вещах. Поэтому, когда Олег Иванович стал выступать на заседании Государственной Думы, председатель Госдумы его оборвал и сказал: "Завтра будем решать этот вопрос. Еще нет никакой второй фракции "Родина"". Здесь опять же, если по воле начальства, то будет вторая "Родина". Но это будет посмешище: не мы становимся посмешищем, потому что мы уже сказали, это не вторая "Родина", а третья "Единая Россия" (после второй ЛДПР).



  Комментарии читателей



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100