статьи
  Статьи :: Необъективная история современной России
  
  После "Родины", после Думы...
09.04.2007


Интервью газете "Пушкинский вестник"

- Как доктор политических наук, как Вы оцениваете политическую жизнь в стране и конкретно в Центральном регионе России?
- С точки зрения политической науки, в стране за последние годы сформировались несколько процессов, определяющих нашу жизнь. Сформировался политический миф патриотизма власти. При этом власть мало изменилась в сравнении с ельцинским периодом, но сумела создать «министерство правды», оседлав практически все значимые информационные источники. И поэтому цепь стратегических поражений в глазах потребителей политической информации (даже многих ученых) выглядит цепью побед. Отсюда образовался своего рода «консенсус» власти и народа – власти, насквозь пронизанной коррупцией и изменой, и народа, все более фрагментированного на различные социальные слои и все менее способного к продуктивному труду и физическому производству.
Пройдет менее десятка лет, и многие процессы станут необратимыми. Это касается демографии, науки, образования, культуры (даже языка!), высоких технологий, обороноспособности. Прослеживая эту тенденцию всего на несколько лет вперед, можно с уверенностью прогнозировать коллапс государственности. Если, конечно, к власти не придут люди с заметно иными мировоззренческими установками, чем те, которым следует нынешняя генерация чиновников.
Центральные регионы России испытывают те же трудности, что и вся страна. Некоторое облегчение связано только с близкой Москвой, где жизнь кипит. Но кипеть ей недолго, если страна умрет. Ключевые проблемы Центрального региона – вымирание и утрата производств, дающих людям средства к существованию. В Подмосковье страшный процесс – деградация ведущих научных центров.
Свою роль как ученого я вижу в том, чтобы донести до власти и до народа знание о реальном положении дел. А также предлагать систему мер для преодоления катастрофы. Ради этого я пишу публицистические статьи, аналитические записки и научные книги. И, разумеется, полностью посвящаю этому свою депутатскую деятельность.


- Может быть речь надо вести о том, что мы не можем остановить коррупцию во власти? Наверное следует усилить кадры правоохранительных органов?
- Было бы кем усиливать. Кадры, как известно, решают все. То есть люди, имеющие жизненные задачи не только материального свойства, но также исповедующие определенные моральные принципы. И организованные волей лидера, государственного ужа. Мощь правоохранительных органов не заменит повседневной гражданской ответственности граждан. Если они будут и дальше продавать свои голоса за пакет подарков от какой-нибудь администрации (а реально из того бюджета, который формируется их же трудом), то не стоит искать виноватых в том, что власть коррумпирована. Если предприниматели будут покорно носить конверты с взятками в чиновничьи кабинеты, то им не надо так уж проклинать коррупцию. Ведь тогда все мы – соучастники процесса разложения власти и расхищения бюджетных средств.


- И все-таки, способны ли сегодня правоохранительные органы обеспечить правопорядок и борьбу с коррупцией в органах власти?
- Честным прокурорам, милиционерам, судьям нужна общественная поддержка. Оказать ее могут только организованные группы граждан и свободные от манипуляций средства информации. Нам предстоит пережить страшное разрушение органов прокуратуры. Их полномочия, и без того сильно урезанные, скоро могут оказаться в распоряжении новой гиперструктуры – Следственного комитета. Много лет пройдет, пока заживут раны от этой очередной реформы.


- Насколько остро стоит сегодня проблема коррупции и рейдерского захвата предприятий? Есть ли законодательная база для успешного противодействия коррупции и рейдерству?
- Коррупция сегодня является способом существования огромного отряда чиновничества. Этот отряд, надо сказать, в значительной мере определяет результаты голосования на любых выборах. Чиновники и члены их семей настолько многочисленны, что уже сами способны избирать власть. А значит, фальсифицированной волей народа прикрывать повальную коррупцию.
Что касается рейдерства, то это новый способ варварского передела собственности, которым нас пугают постоянно, когда требуют забыть мысль о возможном пересмотре приватизации. Теперь работающие производства отнимают у тех, кто смог в очень непростой обстановке его организовать. Отнимают, используя средства административного манипулирования и криминальных угроз, а также силовые структуры, обязанные служить государству, но все больше переходящие на сторону тех, кто платит. При этом закон трактуется как дозволение творить произвол.


Можно ли остановить эти процессы? Можно. Александр Македонский с крошечной армией обрушил огромную Персидскую империю. Сравнительно малочисленный отряд госслужащих, снабженных четко поставленной задачей, чрезвычайными полномочиями, выданными на определенный срок, может нанести коррупции и рейдерству решающее поражение. Отборный отряд народных «мстителей» может внезапно наносить удары в уязвимые места коррупционной пирамиды и коррупционной вертикали.


- Вероятно, Вы пришли к такой мысли не от хорошей жизни. Депутат, как известно, обязан рассматривать обращения граждан. Какие темы обращения кажутся Вам наиболее злободневными? Насколько удается помогать людям, имея статус депутат Государственной Думы?
- Депутат обязан, прежде всего, работать над законами. Но если он будет занят только этим, жизнь народа перестанет быть для него понятной. Я предпочитаю работать с теми письмами избирателей, из которых видно, что сам автор письма готов бороться за свои права. Множество жалоб на действия милиции и неправовые решения судов. Проблемы с гражданством у тех, кто давно имеет право на получение российского паспорта. Малое и среднее предпринимательство ищет у депутата управу на распоясавшихся чиновников. По Архангельской области – незаконная сдача под порубку огромных лесных пространств. По Нижегородской области – политические репрессии против оппозиции и удушение малого предпринимательства. Амурская область – разруха в школах и больницах. По Подмосковью – захваты земли и незаконное строительство, местный чиновничий рэкет против предпринимателей. По Ставрополью и Ростову – коррупция чиновников и этническая преступность. По Карелии (Кондопога, Олонец), Сыктывкару  и Питеру – подавление гражданского сопротивления граждан беспределу мигрантов. В подмосковной географии моих запросов есть и Пушкинский района. Как и везде, ситуация характеризуется односложно: «Воруют!» Море проблем в Москве. В столице вообще не действуют российские законы и чиновники совершенно обнаглели. Некоторое экономическое оживление в Подмосковье привело к «оживлению» тех болезней, которыми Москва больна давно. Я знаю эту проблематику еще со времени своей работы в качестве депутата Моссовета в 1990-1993 гг.


- В каких регионах страны есть Ваши приемные и помощники? Каковы особенности работы депутата Госдумы в регионах?
- У депутата лишь два помощника по Госдуме и три помощника в регионах. Зарплаты – смешные. И добровольные помощники – около 30 человек. Это труд в большей мере на энтузиазме. Все зависит от того, удалось ли помощнику найти опору в регионе – добиться понимания в администрации, подключить общественные объединения граждан. И тогда работа по конкретным запросам депутата приносит реальную пользу гражданам. В последнее время я сосредоточился преимущественно на работе именно с регионами, а также на некоторых крупных проблемах, требующих не столько законодательных инициатив, сколько конкретных решений. Наиболее успешны мои помощники в Самарской, Ульяновской и Псковской областях.


- Заканчивается срок Ваших полномочий депутата Государственной Думы. Какой опыт приобрели лично Вы от работы в парламенте страны? Удалось ли стать за прошедшие годы профессиональным политиком?
- Опыт работы в Думе еще предстоит осмыслить. Отчасти я это уже сделал в трех выпущенных монографиях, связанных с теорией государства, проблемами национального строительства и политической антропологией. Но есть еще и жизненные выводы. Скажем, я пришел к тому, что партии в России приносят только вред, а парламент при нынешнем его статусе – слишком дорогая «игрушка». Дума, где не думают, России не нужна. Но если уж она есть, то хотелось бы, чтобы там работали не марионетки, а честные исследователи жизни, способные принимать стратегические решения и видеть перспективу.
Сегодня перспектива у нас, мягко говоря, не блестящая. Потому что мировоззрение парламентария чаще всего склоняется к следованию воле правительства – по принципу «чего изволите?», а правительство следует ультра-либеральным курсом, уничтожая любые надежды. Такого безобразия, которое накуролесили в законодательстве в этот созыв, я не помню и по ельцинским временам. Чего стоит «монетизация льгот», разрушение местного самоуправления, абсурдная реформа образования, лесной и водный кодексы, жилищный кодекс, миграционные законы... Мы еще не вкусили сполна всей гнусности сделанного. Хотелось бы остановить это безобразие.
Никогда не ставил себе задачи стать профессиональным политиком. Я политик скорее волей случая, а по жизни – ученый, исследователь, философ. Впрочем, идеальное государство древнегреческого мыслителя Платона предполагало как раз власть философов.
Участвовать в будущих выборах в Думу для себя и своих единомышленников я не вижу никакой возможности. Партию «Родина», в которой я состоял, продали и уничтожили. С торговцами от политики мне не по пути. Но даже завершив свою работу в Думе я буду заниматься тем же, что и раньше. Пусть без депутатских полномочий. Отчаяние – страшный грех. Одну из своих публицистических книг я назвал так: «Родина ждет. Сражайся!»



 



  Комментарии читателей



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100