статьи
  Статьи :: Необъективная история современной России
  
  Одиночество президента
29.11.2000


Пропадает потенциал новизны, который давал Путину шанс на быстрые реформы.

Одиночество президента



Серия конфликтных ситуаций в системе власти, возникших в связи с постепенным проявлением политического курса президента Путина (основные - скандал вокруг задержания медиа-магната Гусинского, вето Совета Федерации на закон о реформировании верхней палаты парламента) показала, насколько быстро происходит консолидация сил, привыкших к паразитическому образу жизни в период правления Ельцина.


Одновременно пропадает потенциал новизны, который давал Путину шанс на быстрые реформы. Этапным для него моментом стала катастрофа с атомной подводной лодкой “Курск”, когда его репутацию все средства массовой информации в течение двух недель буквально стирали в порошок.


Сегодня уже нельзя скрыть слабость сил, поддерживающих Президента России, их неготовность не только к затяжной пропагандистской войне, но и к дискуссии о перспективах развития страны. Сторонники Путина, не получив инструкций, предпочли не проявлять инициативы в разгар кампании олигархов и журналистов в защиту Гусинского, предпочли отмалчиваться, когда президент оступился – не сумел вовремя объясниться с обществом в момент гибели “Курска”. Лидеры “Единства”, правительственные чиновники решили отмолчаться или занять осторожную двойственную позицию. Президенту пришлось самостоятельно отвечать на те вопросы, которые должны были быть обращены к поддерживающим его силам.


Между тем, ближайшее будущее чревато усугублением ситуации. Реформы государственного устройства и наведение элементарного порядка в стране еще не раз приведут команду Президента к столкновению с влиятельными региональными и олигархическими кланами. Более того, против него уже складывается мощная оппозиционная коалиция – политический блок СПС, “Яблока” и ОВР; информационный блок холдинга “Медиа-Мост” и близких к нему структур (включая десятки региональных изданий); финансовая коалиция, обозначившаяся обращением предпринимателей к Президенту по поводу судьбы Гусинского. Наконец, сложилась губернаторская коалиция против инициатив Президента – как на основе особых интересов лидеров республик, так и вокруг московской хозяйственно-административной группировки.


Одним из “гнезд”, в которых куется антипутинская крамола стала группировка Березовского, который только по видимости обречен на неудачу в силу своей предельной непопулярности в обществе. Он способен разыгрывать чужую популярность, стянув под свое крыло таких разных людей, как писатель-диссидент Аксенов, режиссер-правдоискатель Говорухин, ельцинский администратор Шабдурасулов и др. Путин еще не раз столкнется с этой командой, играющей не столько в публичную политику, сколько в закулисные игры.


Что может Путин противопоставить этим коалициям?


Удачным начинанием было формирование промежуточного уровня власти – семи административных округов. Этим шагом можно было бы восстановить вертикаль власти и серьезно ограничить региональный сепаратизм. Но кадровый голод, сопротивление местных эгоизмов и паутина правовых норм прежней эпохи просто не позволяют быстро перераспределить властные полномочия.


Попытки формировать партию власти на основе движения “Единство” даже при самых благоприятных условиях остаются совершенно безнадежными. Лидеры “Единства” израсходовали свой политический потенциал (больше основанный на популярности Путина и особом отношении государственных средств информации, чем на личных заслугах). Показная лояльность, ставшая способом самозащиты мелкотравчатой номенклатуры, привела в “Единство” чиновный люд из НДР, “Отечества” и ряда мелких партийных образований, а также сепаратистов из “Всей России”. Все это разрушает какие-либо надежды на позитивную роль “Единства” в проведении государственных реформ (точнее – восстановительных контр-реформ). Фактически выстраивается организация, в которой Президент либо должен сам оказаться на посылках (подобно золотой рыбке из пушкинской сказки), либо главным делом партии “Единство” станет подобострастное ликование по поводу любого зова из Кремля, и у Путина в руках останется бесполезная марионетка с приклеенной улыбкой.


Еще один инструмент реформ Путина - думское большинство, поддерживающее инициативы Путина, пока покоится на надеждах депутатов перераспределить власть в свою пользу. Союзничество с большинством Думы кончится, как только совместными усилиями будет ослаблена губернаторская коалиция. Межпартийная склока и раскол любой из фракций на государственников и антигосударственников практически неизбежны при любом обострении политической конкуренции.


Ресурс “доренковщины”, позволившей в значительной степени развеять миф о “великом хозяйственнике” Лужкове, как показывает практика, полностью исчерпан. Такого рода информационные технологии все больше вызывают в обществе брезгливость. Да и интересы Березовского, все еще контролирующего ОРТ, после выборов уже не совпадают с интересами Путина. Поскольку РТР не имеет собственного лица и во многом ориентирован на пропаганду идей эпохи ельцинизма, а ОРТ практически всегда идет в фарватере НТВ, Президент оказался без надежных коммуникативных инструментов и без информационной стратегии, необходимость в которой ощущается особенно остро, но воплощается пока только в бумажную разработку концепции информационной безопасности. Это не спасает престиж страны от ударов со стороны журналистской корпорации, основательно потрудившейся на этом поприще и в Чеченскую войну, и во время борьбы за спасение “Курска”.


Пока действительно реальный ресурс, который имеет Путин – его высокая популярность среди населения. Избиратели все еще питают надежды на какую-то “тайную доктрину”, которая будет применена Путиным и чудесным образом выведет страну из тупика. Но, во-первых, такой доктрины нет (разработки Грефа – лишь попытка придать либеральной политике видимость прагматизма, а президентское послание Федеральному Собранию демонстрирует неготовность концепции реформ даже в сознании их инициатора). Во-вторых, уровень популярности Путина медленно, но верно падает (особенно после катастрофы с подлодкой “Курск”). Критический предел будет пройден уже очень скоро, и у антипутинских коалиций будут развязаны руки (уже сейчас губернаторы, копируя Ельцина, говорят о своей “всенародной избранности”, причем большим процентом голосов, чем Путин). Более того, их информационные технологии приведут к созданию новых политических фигур (возможно, из старого материала – нечто вроде губернаторской партии), которые будут реальной конкурировать с командой Путина на выборах всех уровней.


Таким образом, Путин остается одиночкой. Он по разным причинам имеет стратегические преимущества перед своими противниками, но не успевает их реализовать. Президент одинок – у него нет ни ясной доктрины, ни круга верных соратников, ни дееспособной партии, ни социально и экономически активного слоя, который именно в президенте видел бы гаранта своей успешности. Последнее особенно важно, потому что без людей, кровно заинтересованных в успехе реформ Путина, все его начинания будут вязнуть в равнодушии и саботаже на местах.


Мало того, Путина совершает внешне не слишком заметные, но в перспективе весьма опасные своими последствиями ошибки. Главная из них – попытка честного миротворчества там, где оно может быть только временным и, в значительной степени, имитационным.


Главный козырь Путина – успех Чеченской кампании – буквально уплывает из рук. Действуя скорее интуитивно, Кремль идет на 1) фактический отказ от введения военного положения (лишь после серии терактов в начале июля 2000 был введен комендантский час с правом милиции стрелять по движущемуся автотранспорту без предупреждения); 2) попытки умиротворения за счет массированной экономической помощи (период 1996-1999 показа, что это только на руку бандитам); 3) назначение главой администрации Чечни Ахмада Кадырова, который сам в недавнем времени возглавлял банду и был соратником Дудаева и Масхадова; 4) отказ от пропагандистских усилий на мировой арене (лишь недавно в Лондоне был представлен документальный фильм “Рынок рабов”).


Миротворчество в политике также дает свои негативные результаты. Самым опасным и позорным методом происходит замирение с сепаратистами Шаймиевым и Рахимовым. На совместном сабантуе Путин дарит детям подарки, выпивает, танцует, и не замечает, что его уже взнуздали. Замирение с Лужковым оказывается мнимым, и лояльность московского мэра тут же улетучивается, как только Путин попадает под огонь критики (как в ситуации с Гусинским или в столкновении с интересами губернаторов). Фабрика лжи Гусинского не разгромлена, а лишь напугана и озлоблена прокурорскими и экономическими санкциями (отлучением от кредитов “Газпрома”, долговым прессингом Внешэкономбанка и др.).


Опора на либеральных экономистов приводит к нелепицам. Попытка привлечь наиболее дееспособных из них к осуществлению экономической политики России грозит реализацией абсурдных установок на удаление государства из сферы экономики (любимая мысль министра экономического развития Грефа) и на отказ от решительного сопротивления утечке капиталов за рубеж (навязчивая мысль советника Президента Илларионова) и т.п.


Попытка вести более “мускулистую” политику и опираться на военные кадры (одновременно увеличивать госзаказ ВПК и вычищать из военной доктрины и доктрины национальной безопасности явную измену) проваливается, поскольку выпускаются из виду знаковые события. Среди них – явно провокационный арест полковника Буданова, сломавшего шею чеченской снайперше (боевого офицера, который для этого и был направлен в Чечню, посадили к уголовникам, да еще опозорили ложными обвинениями в изнасиловании “беззащитной девушки”); история с захватом военными четырех электро-подстанций ввиду попытки отключить питание ракетной дивизии стратегического назначения (комдив, вместо благодарности от Верховного главнокомандующего, получает “по шапке”); унизительное отчитывание министра обороны и министра внутренних дел в присутствии Ахмада Кадырова, подчеркивающего своей неснимаемой папахой этническую обособленность. Такие проколы в военной среде не забываются и грозят Путину остаться по отношению к армии тем, чем был Ельцин – совершенно чужим человеком.


Надо видеть нелепость инспирированных Кремлем попыток получить военизированную опору путем создания общественно-политического движения “Казаки России”. Советникам Президента надо было бы сначала проследить роль казаков в современной политике (а она – более чем постыдна), а также их реальную обученность военному делу (а не фольклорным ужимкам).


Лишь по видимости главная ошибка Путина состоит в одновременном наступлении по всем фронтам. Если еще пару месяцев назад Путин вполне мог состояться как законодатель (не обращая внимания на действующие нормы, а устанавливая свои), то теперь приходится действовать в рамках тех правил игры, которые заложил Ельцин. Но Ельцина боялись именно в связи с тем, что знали: случись что – и ЕБН, глазом не моргнув, применит танки. В случае Путина эта уверенность улетучилась. Постарался тут и сам Путин, потратив немало слов на убеждение своих противников в том, что правила игры будут меняться только в соответствии с самими этими правилами и согласительными процедурами.


Стратегическая бесперспективность многих политических проектов в России связана с отсутствием их идеологического основания - “идеология” порой сводится к предвыборным лозунгам. Курс Путина также укладывается в эту закономерность. Наиболее вразумительным его проявлением являются высказывания Президента о необходимости укрепления государства. Некоторые шаги в этом направлении Путин сделал. Но эти шаги ненадежны, поскольку сам он остается одиночкой, лишенным серьезной интеллектуальной и организационной поддержки в обществе.


К сожалению, Путин возлагает излишние надежды на эволюционный путь трансформации власти и ее идеологических установок. Логика событий требует провести реформы буквально в полгода. Для этого требуется “опричнина” - быстрые репрессивные меры против разложившейся бюрократии, организованной преступности и антигосударственных элементов в политической системе, экономике и журналистике. Без этого Путину останется только запереться на какой-нибудь правительственной даче, превратиться в подобие “позднего Ельцина” и месяцами напролет “работать с документами”.



Русский дом №11, 2000



  Комментарии читателей



Домойinfo@savelev.ruНаверхО проекте









©2006 Все права защищены.
Полное или частичное копирование материалов разрешено со ссылкой на сайт.
Русины Молдавии Клачков Журнал Журнал Rambler's Top100 Rambler's Top100